Владимир Познер: «Я узнал о Японии гораздо больше, чем знал до поездки»

В середине января этого года на Первом канале вышел восьмисерийный документальный фильм Владимира Познера и Ивана Урганта “Обратная сторона кимоно“, в котором двое известных телеведущих, путешествуя по далекой стране, пытались понять Японию и японцев. Фильм снят в 2019-м, потом шел его монтаж, но планы нарушила пандемия, и только через полтора года он вышел на экраны. Фильм получился изящным и красивым, каждая серия – отдельная новелла, написанная как бы в японском жанре “дзуйхицу” – свободной кисти, когда автор рассказывает о том, что видит, не сдерживая себя жесткими рамками.

Владимир Познер рассказал “РГ“, что он понял о Японии, побывав там, и почему его не волнует, что говорят о фильме те, кому он не понравился.

– Каждую серию фильма “Обратная сторона кимоно” вы заканчиваете словами, что Япония – непостижимая страна, а японцы – “совсем другие”. Можете сформулировать, что вы поняли о Японии по итогам этой поездки?

– Я узнал о Японии гораздо больше, чем знал до поездки, многое понял о японском характере – про внутреннее напряжение, которое возникает из-за разницы между тем, каким тебя хотят видеть окружающие и каким бы ты хотел бы быть на самом деле. Узнал, как японцы воспитывают детей, и как дети меняются с возрастом. Стала яснее роль самураев в определении поведения японцев вплоть до сегодняшнего дня. Бесконечное количество старых правил, которые абсолютно живы по сей день и касаются каждой мелочи. Вероятно, я гораздо лучше стал понимать японцев, хотя уверен, что до конца их никогда не постигну, тем более что без знания языка понимать другой народ вообще практически невозможно. А японского я не знаю и не буду знать, видимо. И все-таки японцы стали для меня более понятными. Но, конечно, они действительно другие. Вся Япония в какой-то степени – другая планета. Полагаю, тот факт, что они островитяне, причем островитяне, у которых не было контакта с миром в течение многих веков, – и есть ключ ко всему.

– У вас перед приездом в Японию уже был план, что надо увидеть, или ориентировались на месте?

– Конечно, я готовился перед поездкой, много читал о Японии. Если о других странах, о которых делал фильмы, я имел представление, то о Японии – практически нет.

Поэтому я открывал эту страну и этот народ одновременно со зрителем. Для меня съемки в Японии стали в значительно большей степени процессом обучения и понимания, чем в других странах, хотя в принципе все мои фильмы преследуют одну и ту же цель – раскрыть страну и ее народ. Однако сделать такой фильм – это дорогое удовольствие, и ехать наобум совершенно нереально. Я определил, как автор фильма, те вещи, на которые хотелось обратить внимание, выделил некоторые ключевые моменты, которые, как мне казалось, очень важны для понимания Японии. Также были предварительные договоренности с людьми, с которыми планировали беседовать. В Японии наспех ничего не делается, все готовится очень тщательно. Японцы вообще не любят неожиданностей. Все должно быть заранее подготовлено, обсуждено до мельчайших деталей. Поэтому мы ехали, уже имея очень хорошее представление о том, что мы будем снимать и с какими людьми говорить.

– Многие объекты, которая японская сторона старается показывать иностранцам, у вас остались за кадром, например Фукусима. Почему?

– Мы должны были рассчитывать время и деньги и определить для себя, какие темы являются наиважнейшими. Как мне показалось, авария на АЭС “Фукусима”, конечно, знаковая, но она не дает ничего нового, дополнительного или неожиданного для понимания того, кто такие японцы. Поэтому мы даже и не просили о посещении пострадавшего региона, решили не затрагивать этот вопрос. Были вопросы политические, которые тоже не могли быть затронуты по разным причинам.

– Вы смогли бы жить в Японии?

– Безусловно, нет. Это слишком чужое. Хотя я знаю, что есть русские, которые там живут, и не только русские. Без знания языка я не смог бы там жить. И потом, я очень не люблю выделяться, предпочитаю сливаться с толпой, а там для иностранца, если он не из Азии, это совершенно нереально.

– Что вы могли бы позаимствовать у японцев для себя?

– Мне многое понравилось. Например, как они воспитывают маленьких детей. Пришлась по душе подчеркнутая вежливость, стремление не задеть честь другого человека, не унизить его. Точность еще. Если японец сказал, что будет там-то в такое-то время, то он там несомненно будет и в точно указанное время. Но есть и вещи, которые, наоборот, мне там не понравились. В частности, то, как принимается любое решение: идет снизу вверх, наверху принимается, потом опять опускается по этим ступенькам. И уже ничего изменить почти невозможно, а чтобы принять новое решение, надо опять начинать весь процесс. Еще очень сильная бюрократизация всего.

– Вы читали критику вашего фильма после того, как он вышел? Многие российские поклонники Японии почему-то обиделись на ваше негативное отношение к японским комиксам-манга.

– Критики не видел, но я высказал свое личное отношение к манга. У любого человека может быть свое отношение. Те люди, о которых вы говорите, может быть, поклонники этого жанра. Я же к комиксам вообще отношусь отрицательно, и к манга точно так же. Если мой подход кому-то не нравится – ну и на здоровье.

– Критики также полагают, что вы встали на позицию “нихондзинрон” – теории об уникальности японцев.

– Мне кажется, это придирки. У нас очень любят придираться ко всяким мелочам. Я действительно считаю, что вообще любая страна уникальна. И любой народ уникален. Он не похож ни на какой другой, он особенный. И да, я полагаю, что благодаря прежде всего своей истории японцы вообще не похожи ни на кого. Я могу сказать, что существует общее между французами, итальянцами и испанцами, потому что их языки происходят от одного корня, у них общая христианская культура и так далее. Но японцы в этом смысле исключительны. Они, конечно, получили буддизм из Китая, но развили его совершенно по-своему. Это опять-таки мое ощущение. Я никого не уговариваю. Но поскольку я делаю фильм, то и высказываю свое отношение и свое мнение.

– В фильме вы и Иван Ургант часто ведете машину. Между тем для иностранца сесть за руль в Японии – целая проблема. Вы получили японские права?

– Нет, не получали, но на время съемок нам позволили ездить без них.

– И еще – в фильме вы посещаете знаменитый буддийский храм Рёан-дзи в Киото, где находится сад камней, в котором с любой точки видно только 14 камней из 15. Но там всегда толпы народу, а вы в саду одни. Как вам это удалось?

– Нас пригласили прийти до времени открытия, чтобы можно было спокойно поснимать. И это не единственный случай, было и еще несколько эпизодов, когда мы приходили куда-то до открытия с той же целью.

Текст: Константин Волков