Владимир Познер – о писателе Лимонове, интервью с Путиным и гостях программы «Познер»

– Владимир Владимирович, вы часто говорили о вашем большом желании взять интервью у Путина. Вы хотите открытой беседы с ним, чтобы открыть его зрителю или самому себе попытаться открыть на что-то глаза? Какую цель вы ставите себе в этом интервью?

– Это очень хороший вопрос. А ответ такой: я хочу и то, и то. Я хочу, чтобы в результате этого интервью зрителю стало понятно все-таки, кто такой Владимир Путин, и, во-вторых, есть вопросы, которые волнуют нас всех, которые имеют прямое отношение к Владимиру Владимировичу, и я бы хотел, чтобы он на них ответил. Так что у меня была бы двоякая цель.

– Не так давно Первый канал показал ваше интервью с Эдуардом Лимоновым. В предисловии к нему вы, если я не ошибаюсь, назвали его великим русским писателем. Я хотел бы уточнить, какое произведение Лимонова вы считаете образцовым, которое стоит почитать, чтобы раскрыть для себя Лимонова как писателя прежде всего.

– Вы знаете, в чем дело, я не говорил, что он великий русский писатель – это неправда. Я сказал, что он был по-настоящему талантливый русский писатель. Великих очень немного, например, Толстой – великий, Достоевский – великий, Лимонов на это не тянет. Я считаю, что лучшая его книга – самая первая: «Это я – Эдичка», мне кажется, что это самая лучшая его книга. Я ее читал раза три, она здорово написана.

– К кому из гостей своей программы во время интервью вы сразу испытали симпатию?

– Видите ли, некоторых гостей я знал лично и до интервью. скажем, Михал Михалыч Жванецкий или Иван Ургант, это люди, которых я очень хорошо знаю и которым я симпатизирую. Были и другие, Юра Рост, например, Александр Ширвиндт, это все люди, которых я знаю, и, конечно, я к ним отношусь с симпатией. И это плохо для интервью. Для интервью лучше никак не относиться к человеку, лучше не знать его лично, по крайней мере.

Были ли люди, которые во время интервью вызвали у меня симпатию? Конечно, были такие. Были ли такие, которые вызвали антипатию? Да, конечно, были и такие. Но я не думаю, что это важно. Если я буду кого-то выделять, тогда мне надо о всех сказать. Были люди, которые на редкость оказались мне неприемлемыми, но их очень мало, может быть, даже один человек, которого я тоже называть не буду, но вы можете догадаться, если смотрели мои программы.