Владимир Познер – о том, врут ли западные СМИ, запрещать ли детям мобильники и нужна ли России демократия

Владимир Познер: «Обязательно, во что бы то ни стало надо попытаться»

– Владимир Владимирович, вы часто цитируете Рэндла Патрика Макмерфи из фильма «Пролетая над гнездом кукушки», снятого по одноименному роману Кена Кизи, который говорит «Я хотя бы попытался…». Были ли у вас в жизни случаи, чтобы вы попытались, попробовали, но все-таки потом осознали и поняли, что это того не стоило?

И еще один вопрос: если бы ваша жизнь была фильмом, то каким?

Владимир Познер: Для начала хочу объяснить, почему этот вопрос прозвучал, не все могут это знать. Когда меня впервые выпустили за границу из Советского Союза, это было в 1977 году, меня выпустили в Венгрию. Ну, как это тогда бывало, в первый раз выпускали в страну «народной демократии», проверить, как ты себя ведешь, не сделаешь ли чего-нибудь антисоветского.

Мне в Венгрии делать было абсолютно нечего, по-венгерски я не говорил, я работал на радио, а это был телевизионный конкурс, который проходил в городе Веспрем. И я попросил главу делегации Александра Каверзнева отпустить меня на пару дней в Будапешт. И он сказал: «Давай». Я поехал, довольно симпатичный город, и совершенно случайно (я гулял) увидел кинотеатр, где по-английски было написано One Flew Over the Cuckoo’s Nest, то есть «Пролетая над гнездом кукушки» с Джеком Николсоном. Я не знал этой книги, ведь это книга изначально, я не знал, кто такой Джек Николсон, но было написано «венгерские субтитры» и я понял, что наконец посмотрю на английском языке американский фильм.

И этот фильм перевернул меня, изменил мою жизнь.

В этой картине Джек Николсон играет человека, который попал в психушку за свой буйный нрав и пытается расшевелить пациентов вполне здоровых, но «спрятавшихся» здесь от внешнего и враждебного мира. В ключевой сцене он спорит с ними о том, что оторвет от пола тяжелейший умывальник. Вот он нагибается, хватает его и пытается оторвать – жилы вздуваются на лбу, на шее, кажется, у тебя у самого сейчас лопнут жилы, – но сил не хватает. Он выпрямляется, поворачивается и медленно уходит. Затем останавливается на мгновение и говорит: «Я хотя бы попытался». И вдруг я понял: в этом и есть смысл жизни – обязательно, во что бы то ни стало надо попытаться. И в конце фильма здоровенный индеец вырывает умывальник, выбивает эти прутья и убегает в ночь. Но он ведь никогда бы не попробовал, если бы не видел, как тот пытался. Значит, неважно – сумел ты или не сумел, важно, что ты попробовал и другие это увидели.

Ваш вопрос совсем другой: пробовал ли я что-нибудь, а потом понимал, что не надо пробовать. Нет, такого со мной не было. Я воспринимаю это как вызов немножко. Страшновато, но жизнь все время предлагает, а мы все время делаем вид, что не смотрим, не видим, «неизвестно, что будет», это совершенно понятно, но я считаю, что по возможности надо пробовать.

А каким бы фильмом была моя жизнь? Не знаю, но я думаю – длинным.