Главная » Интервью » Владимир Познер: «А имеет ли вообще ВАДА право наказывать целую страну, отбирать флаг?»
Владимир Познер: «А имеет ли вообще ВАДА право наказывать целую страну, отбирать флаг?»

Владимир Познер: «А имеет ли вообще ВАДА право наказывать целую страну, отбирать флаг?»

ВАДА уверено, что Россия отредактировала базу данных Московской антидопинговой лаборатории, заметая следы былых допинг-преступлений. Наказание от Всемирного антидопингового агентства за такие фокусы следующее: «На протяжении 4 лет спортсмены РФ не смогут выступать на крупнейших турнирах под национальным флагом, а сама страна — эти турниры проводить». Приговор ВАДА российская сторона планирует оспорить в суде.

Владимир Познер в интервью АиФ.ru — о чувстве возмущения, которое вызывает решение ВАДА, наказавшее не уличенных спортсменов, а целую страну, о допинге во времена СССР, о Григории Родченкове, которого на Западе считают героем.

– Владимир Владимирович, на днях у президента ВАДА Крейга Риди спросили: «Осознаёте ли вы, что наказали и „чистых“ российских спортсменов?» «Конечно, мы осознаём», — ответил он. Цинично, согласитесь?

– Наказать конкретных атлетов, замешанных в манипуляциях, — это я понимаю. Но всех сразу без разбора? На мой взгляд, это несправедливо и неприемлемо. Спортсмен, не принимавший допинг, не должен отвечать за тех, кто употреблял его. Я хочу спросить: а имеет ли вообще ВАДА право наказывать целую страну, отбирать флаг? Ответить, видимо, должны юристы. Если у ВАДА нет такого права, тогда принятое решение надо ставить под большой вопрос.

— Была успешная для России Олимпиада в Сочи, на которой вы работали комментатором. Затем в 2017 г. ВАДА заявило: «13 медалей Россия получила благодаря допинг-махинациям». И у наших спортсменов забрали эти награды. Дальше — суд, который вернул России 9 медалей, ибо не нашёл доказательств того, что они были завоёваны нечистым путём. У вас какой осадок от этой истории остался?

— Сначала была огромная радость: так здорово выступили! Потом, когда одну за другой стали отбирать медали, появилось огромное разочарование и даже не раздражение, а гнев из-за того, что, по-видимому, у нас очень распространён допинг. Вот такой у меня был букет чувств. А когда медали стали возвращать… Я просто недоумевал. Позвольте, если у вас не было твёрдых, неопровержимых доказательств применения допинга, на чём вообще основаны любые ваши претензии? Вот это у меня вызывает чувство возмущения и даже хуже — потерю доверия к такой важной организации, как ВАДА.

— Понятно, что аргумент «и другие тоже жрут допинг» — от слабости. Но ведь от фактов никуда не деться. Немцы проводили анонимный опрос, по результатам которого пришли к выводу, что четверть немецких спортсменов что-то употребляют. Наивно полагать, что и Китай, которого ещё совсем недавно не было на пьедесталах, выигрывает только за счёт силы воли спортсменов. 40 кенийских легкоатлетов за 3 года уличили в допинге: никто не лишил их права участвовать в международных соревнованиях под своим флагом. Получает по полной только Россия. Это потому, что, как вы написали в своей свежей статье, у них «пиар лучше»?

— Не совсем так. То, что все применяют допинг, очевидно. Давайте будем иметь в виду, что Россию наказывают не за то, что есть спортсмены, применяющие допинг, а за то, что наша страна якобы пыталась обмануть, скрыть подмену, меняла базу данных, грязную мочу на чистую.

— Почему, на ваш взгляд, профессиональные американские лиги (бейсбол, американский футбол) не пускают к себе ВАДА? Открытым текстом говорят: «Нам не надо, у нас свой допинг-контроль».

— Это не только в бейсболе и футболе. Не пускают ВАДА и в НХЛ (Национальная хоккейная лига. — Ред.), и в НБА (Национальная баскетбольная ассоциация. — Ред.). Американцы не хотят ни от кого зависеть. Они прекрасно понимают, что, как только возникает какая-то международная организация (ВАДА, например), начинается перетягивание каната. И, кстати, я почти не помню такого случая, чтобы американского бейсболиста, баскетболиста или хоккеиста громко, строго наказали за применение допинга. То есть были какие-то эпизоды, но их очень мало.

— Цель борьбы с допингом в том, чтобы ни у кого за счёт фармацевтики не было преимущества перед соперниками. Но ведь равные условия — это абсурд. Кто-то может покупать дорогие сани, нанимать лучших тренеров и массажистов, кто-то — нет. Согласны?

— Это хороший и, наверное, ключевой вопрос, на который у меня нет точного ответа. Есть страны богатые и небогатые. У одних спортивное оборудование и подготовка спортсменов могут быть лучше, чем у других. И выравнять это невозможно. Есть ещё один момент. Для меня очевидно, что допинг существует всюду. И в какой-то степени идёт соревнование не только спортсменов, но и, грубо говоря, химиков. Понятно, что в некоторых странах благодаря финансовым возможностям химическая промышленность более развитая, чем в остальных. Поэтому, предположим, у одних запрещённые препараты обнаружить невозможно, а у других — легко. И что с этим делать? Или какие-нибудь витамины, которые могут влиять на работоспособность организма. У одних они есть, а другие витамины делать не умеют. Поэтому нет никаких равных условий. Не существует.

— Когда нас лишили права выступать под своим флагом на Олимпиаде-2018, депутат Пётр Толстой призывал бойкотировать её. Призывает он бойкотировать Игры и сейчас. А Валентина Матвиенко вообще предложила проводить свою Олимпиаду, раз мы не можем ехать туда под своим флагом. Бойкот и своя Олимпиада — на ваш взгляд, это выход?

— Бойкот — это свидетельство слабости или непонимания ситуации. Можно проводить всё что угодно. Но это не будут Олимпийские игры. Валентина Матвиенко тут совершенно заблуждается. У нас же были свои всесоюзные, всероссийские игры. Пожалуйста, проводите их. Но надо понимать, что никто из других стран, из звёзд мирового спорта на эти игры не приедет. Это будут сугубо национальные соревнования, в которых нет ничего плохого. Вот только это не замена Олимпийским играм.

Я не знаю, занимается ли господин Толстой спортом и отдаёт ли он себе отчёт, что бойкот лишает спортсмена возможности чего-то добиться в спорте. Для спортсмена 4 года — вечность. От того, будет бойкот или нет, господину Толстому ни холодно ни жарко с точки зрения его непосредственной деятельности. А для спортсмена это может быть катастрофой. Поэтому я против бойкота Олимпийских игр. Пускай не под национальным флагом, но «чистые» спортсмены соревнуются и выигрывают медали.

— Мария Ласицкене (единственная в истории трёхкратная чемпионка мира в прыжках в высоту) в открытом письме написала: «Мне интересно, что конкретно сделали Министерство спорта и ОКР за последние 4 года, дабы защитить лично меня. Вы же создали такое большое количество различных комиссий, но я нигде не нашла итоги их работы». Разделяете её негодование?

— Разделяю на 100%.

— Нет ли у вас ощущения какой-то коллективной безответственности в сфере спорта? Ведь за все годы этого допинг-скандала не произошло ни одной крупной отставки, никого не посадили.

— Я не сторонник того, чтобы за это сажали. Я вообще не очень люблю этот метод наказания. Но то, что виновных надо было выгнать, запретить когда-либо заниматься этим видом деятельности, — это очевидно.

Действительно, пострадали только спортсмены. И ни один функционер от спорта не был наказан, кроме Нагорных (замминистра спорта с 2012 по 2016 г. — Ред.). Это абсолютное безобразие и безответственность. Кстати, это сигнал: ребята, можно и дальше так делать, ничего страшного не будет. Я не понимаю, как такое допустили?!

— Давайте поговорим о ВАДА без оглядки на Россию. Вскрытие пробы А спортсмена стоит 300 долларов, вскрытие пробы Б может доходить до 1000 долларов. С каждым годом берётся всё больше проб (сейчас 320 тыс.). И с каждым годом ВАДА требует увеличения бюджета, особенно на волне скандала с Россией (за счёт взносов МОК и стран). Не кажется ли вам, что это отличный бизнес? К слову, при всем увеличении расходов каждый год выявляется не более 2% положительных допинг-проб.

— То, что, несмотря на увеличение бюджета, выявляют всего 2% положительных допинг-проб, плохо. Но для того, чтобы назвать это бизнесом, я должен убедиться в том, что штатные работники ВАДА получают всё больше и больше денег, что им это выгодно. У меня таких данных нет, поэтому нет оснований так считать.

— Закон против допинга, принятый в США, назвали «законом имени Родченкова». Как же можно было назвать закон в честь человека, который сам признался в том, что всю карьеру жульничал?

— Надо понимать, что с точки зрения Запада Родченков — всё-таки герой. Сначала он выполнял указания вышестоящего начальства в России, занимаясь жульничеством. Но потом он, как это подают на Западе, восстал против этой порочной системы: разоблачил государственную программу допинга, существующую в России. Рискую жизнью, своим благополучием (теперь его прячут), он выполнил важную миссию с точки зрения Запада.

— Кстати, до 2002 г. у нас отобрали за допинг только одну олимпийскую медаль: в 1976 году в лыжах. О чём это говорит? Премии в Советском Союзе были меньше и не надо было допинг есть? Мы действительно были чище? Или просто ответственнее ко всему относились?

— Не думаю, что мы были чище. Я не могу называть фамилию человека, который мне это рассказывал. По его словам, в советское время (примерно 1982 год) он приехал на базу к нашим гребцам, которые готовились в высокогорной местности к Олимпийским играм. После завтрака перед каждым стоял стакан с большим количеством разных таблеток. И тренеры следили за тем, чтобы все спортсмены выпили эти таблетки. Так что и в советские времена был допинг. И была государственная программа.

Возможно, раньше сложнее было это обнаружить, а может, ВАДА менее активно работало? Полагать, что в СССР меньше стремились к победам и меньше употребляли допинга, наивно. Для Советского Союза победа на первенствах мира — это была победа политическая. Это было доказательством того, что социализм, наш строй — лучше капитализма. Этому придавалось гораздо большее значение, чем на сегодняшний день.

— Процитирую вам письмо нашего читателя: «На мой взгляд, главная функция Министерства спорта заключается в том, чтобы во дворах были катки, чтобы были доступные секции. А у нас главным считается количество медалей, завоёванных на Играх. Мы вкладываемся в тот же бобслей (трассы, бобы), которым в стране занимаются единицы, вместо того чтобы платить нормальную зарплату детским тренерам. Может быть, Минспорта перестать гнаться за медалями и заняться более полезными вещами, например, развивать массовый детский спорт? Заодно и допинг-скандалов у нас будет меньше!» Имеет ли право на существование такая точка зрения?

— По-моему, имеет. Тут надо понимать одну вещь. Победы на международных спортивных аренах, главным образом на Олимпийских играх, рассматриваются у нас как способ поддержать гордость народа за достижения своих спортсменов. Вот, мол, какие мы, какая Россия, чего мы добились. Так или иначе, это происходит во многих странах. Поэтому столько внимания уделяется спорту высших достижений.

Правильно ли это? Думаю, что нет. Если сделать так, как говорит ваш читатель, то победы придут именно за счёт того, что спорт станет массовым. И тогда наиболее талантливые дети, родители которых не имеют возможности платить за секции, смогут заниматься бесплатно. И мы сможем получить спортсменов высокого уровня. Конечно, изменить систему нельзя в одно мгновение. Но в этом взгляде есть много здравого смысла. Действительно, если мы хотим быть ведущей спортивной державой, то самый прямой путь к этому — развитие массового спорта, условия для занятий спортом детей во дворах, школе, бесплатные секции.

Текст: Владимир Полупанов