Главная » Мнение » Владимир Познер об «особистах», словоблудии и европейской России
Владимир Познер: "Жизнь всё время предлагает. А мы из трусости, из осторожности или из тупости не реагируем"

Владимир Познер об «особистах», словоблудии и европейской России

– В России сегодня довольно много людей, которых я бы назвал «особисты». Это слово из далекого лексикона, сталинского, но сейчас оно приобрело другое значение. Это люди, которые говорят, на полном серьезе, люди образованные, что у России особый путь.

Меня поразило интервью Сергея Александровича Караганова, где он сказал, что для России органично авторитарное правление, потому что Россия так же как и Китай произошла от Чингисхана. И есть много других людей, мыслителей, которые говорят, что Европа в закате, в Европе все разваливается и так далее.

Что меня еще неприятно поразило на пресс-конференции Владимира Путина, он несколько раз употребил слово «русофобия», с моей точки зрения – оно некорректно. Да, есть, наверное, какие-то неприязненные отношения к России, как к государству, к политике, которую Россия проводит, но русофобия – это что-то такое органическое, когда на каком-то базовом уровне не любят все, что исходит от России или от русских людей.

Как можно, используя такие слова и так думая, что мы находимся в одном пространстве с Европой, может быть, мы не Европа? Кстати, тот же Путин несколько лет назад сказал, что Россия – это государство-цивилизация, меня это тоже тогда несколько поразило, то есть мы где-то в стороне. Это так или нет?

Владимир Познер: Во-первых, я хочу вам сказать, что те люди, которые так говорят, они действительно считают, что у России особый путь и что Россия не Европа. Я знаю немало таких людей и среди интеллигенции, я знаю несколько писателей, и очень неплохих писателей, которые абсолютно убеждены в этом. И вообще, эта идея о том, что у России свой путь, она давно существует, Православная церковь давно отстаивает эту точку зрения. Еще в XVI веке один из иерархов сказал, что Москва третий Рим и четвертому не бывать. Особый путь, особый взгляд, все особое и эта точка зрения существует давно и она часть взгляда определенного количества людей, которые жили, живут и, вероятно, будут жить в России.

Пугает или не пугает – это уже эмоциональная реакция на такой взгляд. И этот взгляд – упрощает. Тот же Караганов, которого я довольно хорошо знаю, когда-то думал совсем по-другому. Он резко изменил свою точку зрения. И, как мне кажется, он изменил ее из-за личного поражения, он потерпел тяжелое личное поражение, с точки зрения своего положения, и это привело к тому, о чем он говорит.

Ну, то, что обе страны произошли от Чингисхана… Не может серьезный историк так говорить. От Чингисхана ничего не произошло на самом деле, хотя он много чего завоевал. И татары, которые татарами не были, а были монголами, просто были поглощены и растворились среди китайцев и никакого особого влияния не оказали.

Это все такое, уж извините меня, словоблудие на самом деле. Это попытка объяснить какие-то вещи, упростить какие-то вещи.

Какие у меня существуют доказательства, что Россия – это Европа? Ну прежде всего – искусство. Музыка русская, российская – это какая музыка? Это что, азиатская музыка может быть или все-таки европейская? Русская литература – это какая литература? Русская живопись – это какая живопись?

Это все оттуда же ведь идет. И это все, в конце концов, в своей основе берет свои корни в иудейско-христианской религии. Вот откуда это все идет. И, конечно, это есть главное. Это не значит, что русские такие же как французы, а французы, кстати говоря, совсем непохожи на норвежцев. Ну и что? Это значит, что кто-то из них не европеец?

Мне кажется, что это все какие-то попытки не очень умные, но рассчитанные на людей не очень знающих, не очень грамотных и которым приятно думать, что все-таки мы особые. А почему им приятно это чувствовать? Да потому что мы давно живем не очень хорошо, все время в нас «показывают пальцем», «тыкают» и говорят, что и это у нас не то, и это, и это… А вообще-то русский человек убежден в том, что у него великая страна и великий народ, а последние, я бы сказал, 25 лет он слышит только другое и от своей интеллигенции и с Запада.

Когда я встречаю коллег, знакомых, которые говорят, например так: «Знаешь, в прошлом году я отдыхал в таком шикарном месте, там не было ни одного русского», говорит он – русский. И тогда я спрашиваю, а вот представьте себе, что француз скажет так о Франции или американец об Америке – да никогда в жизни. Что происходит? Это что, комплекс неполноценности? А если он есть, то почему он есть? А если он есть, то разве не естественно говорить «нет, мы другие». Потому что если мы такие же, тогда почему у нас не получается? А у нас получается – по своему. Вот, собственно говоря, и весь сказ.

И никакого заката Европы нет, есть другое дело, что Азия, особенно Китай, который долго «спал» – проснулся. Наполеон в свое время говорил «не будите спящего льва», имея ввиду Китай. Но это разговор совсем уже из другой области.