Главная » Видео » Встречи с В. Познером в «Жеральдин» » Владимир Познер о Скандинавии и Финляндии: «Это все-таки другая планета»
Владимир Познер о Скандинавии и Финляндии: «Это все-таки другая планета»

Владимир Познер о Скандинавии и Финляндии: «Это все-таки другая планета»

Фильм, который мы закончили и который посвящен Скандинавии + Финляндии. Финляндия же – не скандинавская страна, язык не скандинавский, но тем не менее культура во многом, и исторически Финляндия очень сильно связана со Скандинавией. На протяжении 600 лет она была частью Швеции. До сих пор все в Финляндии говорят на шведском языке, и даже есть понятие «финский швед». Или «шведский финн». И в некоторых городах все надписи – на двух языках, в Финляндии шведский является государственным языком.

Я побывал все-таки довольно долго в этих странах. И хотя я не говорю ни на одном языке скандинавском (на финском никто не говорит, я даже считаю – и финны не говорят, только делают вид. Ну как может быть 17 падежей? Это же невозможно!)… Так вот, понимаете, я думал, что они очень похожи все друг на друга – что норвежец, что датчанин, что швед, что финн, что они все похожи, скучные довольно. И убедился в том, что лишний раз я их неправильно себе представлял.

Во-первых, они вообще не похожи друг на друга. Ну совсем не похожи! Во-вторых, они совсем не скучные. Наоборот. И в-третьих, у них замечательное чувство юмора.

Вышла одна книжка в Норвегии – о норвежцах, и там на обложке (книжка прямоугольная такая, вытянутая) четыре рисунка. Первый рисунок – овал, точка, точка, точка и прямая линия – и под этим написано: норвежец. Второй рисунок точно такой же – и написано: довольный норвежец. Третий рисунок абсолютно такой же – и написано: сердитый норвежец. И четвертый рисунок – вместо прямой линии улыбка и написано: пьяный норвежец.

Вот такое замечательное свойство юмора – смеяться над собой. А не над другими.

Но пожалуй больше всего меня удивило и в Скандинавии, и в Финляндии – это уровень общественного согласия. Нация как таковая – между собой люди согласны. И доверяют своей власти. И ощущение равенства – это не слова, а реально. Абсолютно все равно, какой ты занимаешь пост – любой человек тебе равен. Как мелкий пример, мне один норвежец или датчанин говорит – послушайте, вот вы француз. Я говорю – ну да, отчасти. Вот вы как обращаетесь к своему президенту? Я говорю – месье президент. А он говорит – а я к своему обращаюсь так: Ларс. То есть по имени. Вот это сочетание общественного доверия и убеждения в том, что каждый равен каждому, богатый – бедный, не важно, это придает атмосфере невероятно позитивную окраску.

Там проводят опросы – какая страна, какой народ самый счастливый. Постоянно выигрывает то Норвегия, то Дания – в общем, они. Я спросил у одного экономиста датского – вот то, что вы все довольны, это важно для вас? Он говорит – для нас, для экономики крайне важно! Неужели вы не понимаете, что человек, который доволен, который доверяет, работает совсем не так, как человек, который недоволен и никому не доверяет? Наша экономика именно на этом-то и основана, что все доверяют и все довольны. Ну не все до последнего – но тем не менее.

Другого датчанина я спросил: сколько вы платите налогов? Говорит – 72%. Там у них своя валюта. Ну вот вы заработали сто крон – и вы отдали государству 72 кроны. У вас осталось в кармане 28. Не мало, нет? Вам не кажется, что это мало? Он говорит – а вы не понимаете, вот эти 28 я могу потратить до последней кроны, как хочу, ни о чем не думая. Не откладывая ни на черный день, ни на что. Я могу. А если не дай бог что-то со мной случится, я знаю, что мною будут заниматься во всех отношениях, что моя семья не пострадает, что за квартиру заплатят, за обучение детей – все будет нормально. Все потому, что я плачу налоги. Я готов и больше заплатить за то, что я так обеспечен. Ну, 72% это такой редкий случай все-таки, но, скажем, 52% – это вполне реально. И все довольны, понимаете? Это все-таки другая планета.

И я пытался себе объяснить, с чем это связано. Думаю, что лютеранство играет тут большую роль, причем они очень не религиозны теперь уже, почти никогда не ходят в церковь, церковь не играет особой роли. Но когда-то все-таки Лютер и его учение были для них очень важными. И такое вот отношение, особенно к труду, это оттуда идет. Правда есть такая полулегенда, полубыль, что когда викинги – а викинги это VIII век – осадили Париж, и вышел человек на переговоры с белым флагом, и спросил – где ваш король? – то они все рассмеялись гомерически и сказали: да мы все короли! То есть, по-видимому, это все-таки раньше, чем Лютер, было. Что-то такое там, какая-то прививка есть. И это производит очень сильное впечатление.

Плюс производят впечатление просто привычки – ну например: в Швеции никто никогда вам не скажет «нет». Шведы не любят говорить «нет» и не любят спорить. Они сделают так, как они хотят, но «нет» они вам не скажут.

Например: вы приехали в Швецию и хотите там уже жить и получит ВНЖ. И работать. Вот освободилось место, вы приходите туда, вы квалифицированный, вам говорят – очень хорошо. Только вам нужно вид на жительство. Без этого я вас не могу взять. Хорошо, я прибегаю туда, где дают вид на жительство, говорю – мне нужен ВНЖ, пожалуйста. Мне говорят – очень хорошо, но только для этого вы должны работать. И все! И вот так решается. И ты не можешь устроиться на работу, и ты не получаешь вид на жительство, и в конце-концов ты плюешь на это и уезжаешь.

Или еще пример. В Швеции считается неприличным помогать. Вплоть до того, что я спросил человека: вот вы идете по улице – и человек упал. Вы подойдете, поможете? Он говорит – нет. Если не попросит – нет. Если попросит – помогу. Я говорю – ну почему? Мне отвечают – потому что это унизительно. Если он сам может встать – зачем его унижать своей помощью? Нам это кажется диким, конечно. Одолжить деньги – нет, не одолжат. Это вообще, совсем недопустимо у них. Унизительно. Как это – просить? Нет. Вот такие вещи.

А, скажем, в Норвегии, где очень много красивых женщин, причем довольно однотипные такие блондинки с голубыми глазами, очень стройные и так далее – там один канадец живет, он мне рассказал, что никак не мог понять. Вот как у нас в Канаде, да и у вас наверное тоже, говорит – вот вы в баре или где-то познакомились с красивой девушкой. Ну что дальше? Разговариваете, потом, может быть, пригласите поужинать, потом еще раз пригласите – ну и если как-то так более-менее что-то идет, то в конце-концов, может быть, вы окажетесь у нее в квартире или она у вас. А в Норвегии совсем не так. Вы познакомились, вроде бы некоторая симпатия – и вы сразу в постель. Вот если там хорошо – тогда будет и ужин, и все остальное. И я подумал: вообще говоря, это довольно разумно! Потому что если в постели плохо – тогда чего, собственно? И нечего продолжать. Причем очень легко это все.

Знаете, есть такой сериал – очень, правда, мрачный – датско-шведский, на мой взгляд, совершенно блестящий, который называется «Мост». Вот это отношение к сексу – оно там есть. Это нормальная простая вещь, и что из этого делать какие-то непонятно что. Очень характерная вещь для них.

Хотел ли бы я там жить? Нет. Не хотел бы. Я слишком эгоистичен. Я бы не смог соответствовать. Там неприлично одеваться слишком хорошо, неприлично ездить на шикарной машине, неприлично показывать свое богатство, неприлично говорить о своих каких-то особых достижениях – это все неприлично. Я там встретился с одним нашим бывшим гражданином, он живет в Стокгольме уже 25 лет. Он водитель. Я его спрашиваю – ну как вы? Как тут живете? Он говорит – отлично. Я спрашиваю – а в чем отлично, собственно? Он говорит – понимаете, я середняк. Так вот Швеция – это страна для середняка. Вот если ты опустишься ниже – тебя поднимут. Но если ты будешь вылезать – то тебя обратно туда… Понимаете, говорит, вот для меня это прям лучше не может быть. Мне это как-то вот не очень.

И потом, уровень сознания. Сознательности. Не сравнить просто. Мы сделали такой опыт (к сожалению, мы не могли потом это снимать): около вокзала железнодорожного – представляете, сколько там народу – один из нашей съемочной группы десять раз ронял бумажник. И уходил. Десять раз его останавливали и возвращали. Не было случая, чтобы кто-то взял и ушел. Ну где еще это может быть? Лично я – не знаю. То есть это все-таки совсем другой мир.

И конечно, ну как вам сказать, это не социализм, потому что все-таки частная собственность. Но многие элементы социализма там, конечно, есть. Защита человека – прежде всего. Государство берет на себя эту защиту и исполняет, и при этом взамен ничего не просит – ну кроме налогов, понятное дело. Конечно, как и в любой стране, есть и коррупция, есть и преступность, но все это размеров совершенно иных, чем в тех странах, которые мне известны – Соединенные Штаты или Англия, Франция, Германия, Испания, Италия и так далее.

Это 12 серий, по три о каждой стране. Три – Норвегия, три Дания, три Швеция и три серии – Финляндия. Я надеюсь, что это выйдет в эфир в этом году. Разговор идет о том, что будут показывать по три в неделю. То есть четыре недели на это дело дается. Посмотрим. Надеюсь, в более-менее удобоваримое время, но даже если нет – то есть интернет и можно потом это все посмотреть.