Главная » Мнение » Владимир Познер о Петре I и исключительности народа
"Чайна-тауны, как мне кажется, образовались как своего рода опорные пункты или крепости"

Владимир Познер о Петре I и исключительности народа

– Петр I у нас считается успешным реформатором. Но претензии, которые предъявляют сегодня или предъявляли Петру, они, как бы идут с двух сторон. 
С одной стороны, что неприемлемые методы, что это всё фактически через колено, что называется. А, с другой стороны, я очень хорошо помню разговоры с русской эмиграцией во Франции. Я помню, как покойный один из Голицыных говорил: «Понимаешь, Петр I, конечно, открыл окно в Европу, но он и сквозняк поднял». Есть это отрицание европейскости, если хотите, России.

Владимир Познер: Многими он считается абсолютно неприемлемой фигурой. Есть целая библиотека книг, в которых доказывается, что Петр I просто враг России, на самом деле. И он, конечно, совсем нетипичен как русский царь.

И потом, ведь все-таки есть точка зрения, существующая в России на сегодняшний день, что Россия не Европа и не Азия, что она со своим особым путем. Опять православие. Так сказать, Третий Рим, Четвертому не бывать – это XV век, XVI…

И до сих пор это так. Это всё оттуда, на мой взгляд. И при том, что, конечно, Тютчев был замечательным поэтом, но вот этот посыл: «Умом Россию не понять, аршином общим не измерить, у ней особенная стать, в Россию можно только верить» — это ведь все оттуда же. Исключительность, особая вещь, ощущение миссии, которая сверху, конечно, идет.

В этом есть некая схожесть с американцами, кстати говоря, которые тоже считают, что у них миссия, правда, насколько другая, но тоже ощущение миссии, которой нет в Европе ни в одной стране. Она была в гитлеровской Германии некоторое время. Но все-таки в общем и целом этого чувства нет. Я не имею в виду чувство превосходства.

Скажем, у французов даже очень сильное чувство превосходства. Они абсолютно убеждены и даже спорить не надо, что Франция, конечно же, самая замечательная страна. Но все-таки вот это ощущение исключительности не характерно для другой европейской страны, а для России оно есть. И оно тоже есть часть этого взгляда, ощущения себя.

И, кстати говоря – хотя это чуть другая тема, как мне кажется, — но популярность Владимира Владимировича Путина связана с тем, что, с точки зрения большинства людей, он вернул им чувство величия, чувство того, что нельзя игнорировать Россию, что она вернулась, и неважно, нравится она вам или нет, а важно, что вы обязаны с ней считаться. И, как кто-то говорил, правда, в советское время, что если Советский Союз чихает, то весь остальной мир простужается. Это вот ощущение тоже очень важное.

Эхо Москвы