Главная » Видео » Встречи с В. Познером в «Жеральдин» » Владимир Познер об английской толерантности и финской точности
Владимир Познер: "В России время империи ушло окончательно"

Владимир Познер об английской толерантности и финской точности

– У меня есть подруга, она лет десять прожила в Лондоне, а сейчас вернулась в Россию. Я была на вашем творческом вечере 1 декабря, но тогда не удалось задать вопрос, он тогда был более актуальным, чем сейчас. Тем не менее я хотела бы узнать сейчас ваше мнение. Вопрос о всеобъемлющей британской толерантности. Видите ли вы возможность того, что однажды в британской королевской семье появится гомосексуальная пара?

Владимир Познер: Это «важный» вопрос, конечно, и я не могу сказать, что очень долго об этом думал. Но могу сказать следующее.

Учитывая, что младший брат, Гарри его зовут, женился на мулатке, – это о многом говорит. Это было бы неслыханно. И вы знаете, что в свое время король – если я не ошибаюсь, Георг VI (хотя, возможно, ошибаюсь) – женившись на Симпсон, должен был отказаться от трона.

Конечно, все меняется, и наверное, наиболее консервативна именно королевская семья, но все-таки она меняется.

Насчет толерантности – это немножко сказка. На самом деле Англия – невероятно классовое общество. Разрыв между так называемыми простыми (я не очень люблю это слово) англичанами и элитой таков, что иногда они друг друга просто не понимают. И недаром мюзикл My Fairy Lady открывается песней «Почему англичане не могут научить своих детей говорить». То есть в Англии, как только человек открыл рот, вы можете сразу сказать, откуда он. Я имею в виду не только географически – вы можете сказать в социальном смысле. У нас, например, нельзя – правда, у нас все говорят не слишком хорошо. В Америке можно говорить о том, – откуда – с юга, или из Чикаго, или из Нью-Йорка. Но все-таки такого нет. Во Франции тоже этого нет. Даже в этой песне было не смешно сказано, что французам, в общем, все равно, что о них говорят, лишь бы они правильно произносили. А в Англии – да, это есть. И нет особой толерантности к тем, которые пониже. Это все немножко из сказки.

Толерантность – в Скандинавии. Вот там – да. Я просто поразился тому, что я увидел. Мне казалось, что я многое знал. А оказалось, я ничего не знал. Я просто ничего не знал. Когда мне один норвежец с улыбкой говорит: «У вас во Франции как вы обращаетесь к президенту? – monsieur, le president. А мы как обращаемся? – Ларс! Ларс, как поживаешь? У нас нет вообще этого. Понимаете, у викингов (а мы все викинги в прошлом) есть знаменитая история. VIII век, мы взяли Париж, вернее, не взяли, а окружили. И вышел парламентарий с белым флагом и сказал: «Где ваш король?» и мы все заржали и сказали: «Мы все короли».

Так что это другое совсем. Английская терпимость или толерантность – это немножко игра, картинка – что мы англичане. Ест такое. Хотя я их очень люблю. Но я люблю над ними издеваться. И они умеют при этом смеяться. Это очень важно. Они умеют над собой смеяться.

Я вам расскажу финский анекдот – думаю, что вы его оцените. Я не знал, что у финнов есть анекдоты, что говорит о том, что я мало понимаю. Я спросил одного финна – есть ли у вас анекдоты, он говорит – конечно. Вы можете рассказать мне финский анекдот? Он говорит – конечно.

За столом сидят финн, американец и русский, и выпивают, конечно. Как следует выпили, и в какой-то момент русский говорит: «У нас, знаете ли, столько кораблей, что если мы их все загоним в Балтийское море, то можно будет пройти пешком из Хельсинки в Таллинн и не замочить ноги». Американец говорит: «Да это что! У нас столько самолетов, что если их поднять над Балтикой, будет как ночь – солнце не пробьется». Финн говорит: «Интересно. У нас в самом центре города Порвоо живет человек, у которого, простите, такой член, что когда он встает, он достает до земли». Дальше выпивают, через какое-то время русский говорит: «Ну, раз мы уже друзья, я скажу честно, что у нас много кораблей, но все-таки, даже если мы их загоним все в Балтику, если вы хотите пойти пешком из Хельсинки в Таллинн, ноги вы замочите. Американец говорит: «Ну, раз такое дело, я тоже скажу, что хоть самолетов у нас много, но даже если все поднять над Балтикой, солнце будет пробиваться». Финн говорит: «Ну ладно, тогда я тоже скажу. Вот этот человек, о котором я сказал, он живет не в самом центре города».

Финская точность!

Видеозапись:

Из выступления Владимира Познера (24.04.18)