Главная » Видео » Встречи с В. Познером в «Жеральдин» » Об освобождении Давыдовой, Москве, высказываниях из Польши и фильме про Австралию
Церковь и граждане на примере Франции

Об освобождении Давыдовой, Москве, высказываниях из Польши и фильме про Австралию

Вопрос: Можно я вернусь к тому, с чего начали? К освобождению Светланы Давыдовой. Как вы думаете, это было еще раз напоминанием «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку»? И то, что все это закончилось буквально за пару часов до этой встречи – это желание не говорить об этом больше? Чтобы скорее об этом забыли?

В. Познер: Ну вы знаете, это надо спросить не меня. Российское государство никогда не отличалось гуманностью. Ни-ког-да! И вообще русская пословица «Лес рубят – щепки летят» – это же ведь не лес и не щепки, это про людей. Но в данном случае – это же вопиющее дело! Да пускай она трижды изменила Родине. У нее дома четверо или семеро детей, у нее совсем маленький ребенок – ну какие проблемы-то? Ведь вы знаете, 50 000 человек подписали это обращение. И там есть разные имена. Либеральные умы есть. Но есть и совсем другие фамилии. И я думаю, что просто поговорили с Песковым, сказали – ну Дмитрий Сергеевич… И зачем, чтобы нам и про это еще говорили! «Ну они же звери». «Они же не люди». Я думаю, что это сыграло роль. Потому что в конце концов все сводится к имиджу. Мне сегодня звонили с «Эха Москвы» и спросили: «Как вы думаете, что будет – выпустят, не выпустят?» Я им сказал: «Я не знаю. Я сильно надеюсь. Потому что это же вопиюще… Ну как не…» Слава богу, что выпустили. Посмотрим, что будет на суде. На самом справедливом суде в мире.

Вопрос: Хотел спросить вас о Москве. Как вам живется в этом городе. Я, например, коренной москвич и в других городах не жил, в отличие от вас. При этом есть много вещей в этом городе, которые меня раздражают, оскорбляют, не нравятся мне. Поведение некоторых слоев в обществе. Погода мне не очень нравится, серость и так далее. А как вам, по сравнению с другими городами?

В. Познер: Ну, насчет погоды я постараюсь помочь – позвоню Ему… Вот я вам скажу: когда я приехал в Москву в декабре 52-го года (вас тогда, вероятно, вообще еще не было на свете), я никогда не забуду. Во-первых, машин почти не было. Были эти широченные улицы и падал снег – крупный-крупный, и в лучах фонарей шло волшебство какое-то: медленно кружили и все белое, потому что нет машин. Градусов так 15. И скрипит под ногами. Прямо сказка какая-то. Правда, бараки – это все другое. Но я помню это, и потом – люди идут по улице и едят мороженое! Ну как это?

Я тоже съел и получил ангину, но это другое дело. Так вот: я помню ее такой. Вообще, сегодня от той не осталось ничего или почти ничего.

Отчасти из-за климата: очень потеплело, очень. Во-вторых, автомобильное движение. Грязь. Это и мне не нравится. Потом, деревья. Посадил Никита Сергеевич Хрущев. Надо же, чтобы быстро все было – поэтому посадил то, что быстро растет: тополь. А тополь не только быстро растет, он еще и цветет. И весь город, я же помню… сейчас нет его уже почти, вырубили – невозможно уже было. А если, не дай бог, у вас дети – аллергики, так просто вообще невозможно жить. Не зеленый город. Парки – где? Ну есть Измайлово, надо ехать черт-те куда. Привели в порядок парк имени Горького, хорошо. Но вообще – не зеленый. Деревьев совсем нет. Это тоже мне не нравится.

Как мне живется? Я очень люблю место, где я живу: это Патриаршие пруды, старая Москва, машин все-таки там не так много, там садики – это Москва, как я ее понимаю. До этого я жил в Чистом переулке. Это Арбатские переулки – это Москва. А вот то, что дальше, туда – я вообще не понимаю, что это. Это называется Москва, конечно, и потом, я долгие годы работал в Замоскворечье. Это тоже Москва. Некрасиво, но там дух какой-то есть, приятный… А живется мне хорошо: у меня хорошая работа, которую я очень люблю. У меня прекрасный дом, в котором я живу. Я живу в ладу с собой – немаловажно. Конечно, я бы с большим удовольствием жил в Париже. Просто я его очень люблю, что тут делать. Именно в Париже – например, не в Тулоне, не в Марселе, а в Париже. А еще я бы с большим удовольствием жил в Нью-Йорке, обожаемом мной. Я его знаю как свои пять пальцев, я жил там долго, в детстве был разносчиком газет. Я был стопроцентный американский нью-йоркский мальчик, черт возьми. Но вообще мне живется очень хорошо. И вообще я считаю, что не надо никогда жаловаться, бессмысленно это – только себя размягчишь, а дальше что?

Вопрос: Что вы думаете по поводу высказывания со стороны некоторых лиц Польши?

В. Познер: Наши польские друзья (вот это как раз из области глупости и тупости)… вы знаете, что министр иностранных дел Польши, находясь в Давосе на Всемирном форуме поспорил с одним нашим товарищем, который возглавляет российские железные дороги, что Освенцим освободили украинцы. И в качестве доказательства сказал: «Но ведь это же первый Украинский фронт… Я серьезно вам говорю – он что, совсем, что ли? Оказывается, что фронты-то у нас были по национальному признаку?! Украинский, белорусский. Потом у нас, между прочим, был Воронежский (там одни – кто?), Ленинградский, Брянский, Прибалтийский… Это же надо – это невероятно. А как это – министр иностранных дел: а, Путин – хочет, приезжай, не хочет – не приезжай. Это что? Опять же: я небольшой поклонник Путина, но это – не класс! Я считаю, что он еще очень хорошо держит удар, очень хорошо. Я б на его месте, наверное, что-нибудь сказал бы… из запрещенной лексики. Потому что это невозможно, и вообще это попытка… Кто-то из бывших наших, как это называется, – нет, «колоний» я не скажу… – в общем: а почему парад по поводу 70-летия Победы надо проводить в Москве? Почему не в Лондоне? А я предлагаю – а почему, давайте в Сиднее – совсем хорошо! Это поразительно! Я понимаю: не любят Россию. Хорошо. Не согласны с Путиным в политике по отношению к Крыму. Пожалуйста. Но при чем тут история? Это просто возмутительное идиотство. Это когда ненависть такова, что она уже мешает думать. Вот что я думаю по этому поводу. Его (Путина) надо было в первую очередь пригласить.