Об экономике, американцах, внешней политике Путина и телевидении

Вопрос: Уважаете ли вы Путина за его политику в последний год? Внешнюю, конечно. Которую осудила Меркель. И из двух политик – американская и российская – какая вам ближе?

В. Познер: Никакая. Мне не нравится ни западная… Западной нет – есть американская политика, и все остальные западные страны под эту политику пляшут, и есть российская. Мне не нравится ни та, ни другая. Что касается политики Путина, то мне больше не нравится внутренняя политика. Я совершенно согласен, что нельзя обращаться с Россией, как США. Нельзя говорить: вы проиграли холодную войну, ну и сидите и молчите, а мы будем бомбить Сербию и мы скажем, что Косово независимое государство, а вас мы слушать не будем. Так не пойдет. Это обязательно вызовет реакцию. Вот и есть реакция. Вы думаете, Крым был бы без Косово? Нет. Абхазия была бы без Косово? Нет. Это все ответы. Поэтому что касается внешней политики, я не могу сказать, что я абсолютно под всем подписываюсь, но я ее понимаю. А внутреннюю я не понимаю и не принимаю.

Продолжение вопроса: По внешней вы скорее за, чем против, да?

В. Познер: Скорее. Как говорит – я не могу оторваться от Улицкой: она говорит – «в среднем». Я прямо умираю от нее: я говорю ей: «Скажите, пожалуйста, Людмила Евгеньевна, вы религиозный человек?» – «В среднем». Она такая умная и такая обаятельная. Просто это маленькая женщина, но от нее прямо прет сила – просто можно влюбиться.

Вопрос: У меня личный вопрос. Мы с семьей переехали в Соединенные Штаты.

В. Познер: Поздравляю. А где вы живете? (называют город) То есть вы живете во Флориде? Ненавижу.

Продолжение вопроса: Если там будете – милости просим.

В. Познер: Это и есть ваш вопрос? На самом деле я в этот город точно не приеду.

Вопрос: Как у себя в голове сохранить равновесие, когда и одна страна, и другая близки?

В. Познер: На самом деле не близки. Это самообман. Не близки: истории совершенно разные, культуры разные…

Продолжение вопроса: Вам персонально близки.

В. Познер: Мне близки? Ну, это другое дело. Это моя проблема, а не проблема большинства людей. Когда-то, когда было совсем плохо и была гражданская дипломатия, были американцы и советские, которые старались что-то сделать, в частности, родились телемосты, которые сыграли определенную роль. Но они сыграли роль, потому что в России была перестройка, была гласность. Сейчас это не так. Не знаю, смогли бы сейчас телемосты что-то сделать, если б даже они и были. Так что у меня нет ответа на этот вопрос. Я могу сказать, что сейчас хуже, чем было тогда – в том смысле, что антиамериканские настроения в нашей стране гораздо более выраженные, чем были тогда. Они выраженные на низком, на народном уровне: америкосы, такие-сякие. Раньше, в мое время это было против правительства, против капитализма, но не против американцев. А сейчас это против американцев. А что касается американцев и их отношения к России, то смешно об этом даже говорить.

Продолжение вопроса: Вы можете дать совет, как сохранить для детей русский язык в эмиграции?

В. Познер: Говорите с ними по-русски, сохраняйте русский язык. Еще первая эмиграция – еще поколения моего отца – отличалась тем, что все их дети говорили на прекрасном русском языке. И их дети часто говорили на русском языке, хотя они родились уже не в России. Вот это сохранение. Читали им Пушкина – «Медный всадник», например, и так далее. Вот и делайте так же, если вы хотите этого – чтобы они понимали, откуда мама с папой и что такое Россия. Это только от вас зависит. И конечно, будет момент, когда они не захотят, дети обязательно хотят быть похожими на всех остальных. А вы настаивайте. Говорите дома по-русски. Читайте им русские сказки, читайте им Корнея Чуковского.

Из выступления Владимира Познера в “Жеральдин” (09.12.14).

При использовании текста активная ссылка на сайт “Познер Online” обязательна!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *