Главная » Интервью » Владимир Познер: “Насколько лучше говорить о спорте, чем о политике”
Владимир Познер: "Насколько лучше говорить о спорте, чем о политике"

Владимир Познер: “Насколько лучше говорить о спорте, чем о политике”

Владимир Владимирович Познер стал гостем программы «Автомаксимум» на радио «СПОРТ FM». Вашему вниманию интервью Владимира Владимировича ведущим программы Максиму Трусову и Антону Ширяеву.

Максим Трусов: Здравствуйте, уважаемые слушатели «СПОРТ FM». Это «Автомаксимум» у микрофонов Максим Трусов и Антон Ширяев. Мы в течение всей недели предвкушали, рассказывали и анонсировали появление в эфире нашего замечательного гостя, которого мы так долго ждали. И я с гигантским удовольствием представляю вам Владимира Владимировича Познера. Здравствуйте, Владимир Владимирович.

Владимир Познер: Доброе утро.

М.Т.: Владимир Владимирович, нам часто звонят и пишут сообщения с просьбой помочь выбрать автомобиль. Называют конкретные суммы, годы выпуска, параметры двигателя. А вы при выборе автомобиля прислушиваетесь к мнению журналистов, читаете автомобильную прессу или отталкиваетесь только от самого себя?

В.П.: Должен признаться, что не читаю. Но я смотрю на BBC программу об автомобилях, и там ребята работают просто замечательно, смешно и очень толково. Что касается того, что называется разбираться в машине, то это не по моей части. Вообще я очень люблю водить, вожу с 14 лет. Я понимаю и чувствую автомобиль, но сказать, что я разбираюсь в двигателе или в подвеске? Нет. Помимо того, как все это развивается, вы все меньше и меньше можете влезть в машину. Когда у меня была «Копейка», я открывал капот и занимался, если что-то было не в порядке. А ныне ничего понять невозможно, электроника сплошная.

М.Т.: Тогда чем был обусловлен выбор вашего автомобиля? Это веление сердца или предложение, от которого нельзя было отказаться?

В.П.: Это было и то и другое. Это была мечта детства. Когда я рос в Нью-Йорке, по пути в школу я считал марки каких машин находятся на моей стороне тротуара, и какая марка побеждает по количеству.

М.Т.: И какая побеждала?

В.П: В мое время это был Buick. Странно, но это так.

М.Т.: Ого, сейчас их уже и не найдешь.

В.П.: Его вообще уже нет. Но была машина, которая попадалась очень редко, но вызывала у меня абсолютное восхищение. Это был Jaguar. Красоты несусветной. У меня есть убеждение, что тогда легче было различать машины. У каждой машины было свое лицо, а теперь они все одинаковые. Но все-таки, даже сегодня Jaguar выглядит не так, как все остальные. Но мечта у меня была, что когда-нибудь у меня будет Jaguar, я понимал, что вряд ли, что это дорогая машина… Но сложились обстоятельства, что да, у меня ныне Jaguar XJ темно-зеленого цвета и я его люблю нежно и страстно.

М.Т.: Но он ведь большущий, длинный, как парковаться-то?

В.П.: Иногда у меня есть водитель, особенно в будние дни, когда надо по делу, потому что некуда поставить машину. Но вот сегодня выходной день и я приехал сам, я очень люблю водить машину. Меня не смущают пробки, если я не опаздываю, пожалуйста, я могу постоять. Просто я чувствую себя за рулем очень комфортно.

М.Т.: У вас абсолютно эстетский автомобиль, это не просто машина. Но согласитесь, даже Jaguar современный сильно отличается от тех, которыми любовались вы, и даже не потому что они стали современнее, а просто стилистика изменилась.

В.П.: Это правда. Но я все равно люблю ту. Вообще старые автомобили поразительной красоты. Я недавно увидел Porsche 1957 года, так это просто сказка. Я не знаю, кто дизайнер, но это просто что-то невероятное. Может, сейчас просто стремятся к дизайну, который проще выполнить, который проще делается. Конечно, например, Aston Martin красивый автомобиль.

Антон Ширяев: Владимир Владимирович, а вообще автомобили какой страны вам нравятся?

В.П.: Мне нравились итальянские машины. Alfa Romeo нравилась когда-то. Jaguar, Aston Martin очень нравятся. И американские машины 50-х годов, которые с плавниками… Я, кстати, вообще убежден, то, как выглядит машина, это отражает общие настроения страны. А это был взлет США, после второй мировой войны. И машины просто говорили о том, как все здорово.

М.Т.: Владимир Владимирович, а вам жаль, что все вот так получилось, что американский автопром практически утонул?

В.П.: Мне жаль, но они сами виноваты. Ведь они были настолько уверенны, что никто, никогда их даже близко не догонит, что они просто бездельничали. Надо сказать, что в так называемой средней Америке там, конечно, американские машины. Там считается непатриотичным ездить на других. Но Нью-Йорк, Лос-Анджелес, там в основном японские машины.

А.Ш.: А вам трудно было после американского детства, когда кругом прекрасные, красивые автомобили разных марок, оказаться в СССР….

В.П.: Lincoln Continental тогда был у друга моего отца, она была черно-зеленая, а внутри красная кожа, машина такая, что можно было даже заболеть. Кстати, сейчас расскажу вам одну забавную историю. Как-то мы ехали, и нас догнала полицейская машина. В Америке вы не выходите из машины, если вас останавливают. Полицейский подошел вразвалочку и говорит, что вы сэр, наверное, не заметили, что перед мостом знак – 20 миль в час. Я говорю, что я не заметил. Он мне сказал, чтобы я следовал за ним. Мы доехали до знака, полицейский указывает на него и говорит, что не будет нас штрафовать, но при этом заставил нас пять раз туда и обратно проехать по мосту со скоростью 20 миль в час. Но все-таки возвращаясь к вашему вопросу, я ведь сначала приехал в оккупированную Германию, в Советскую зону, там машины были совсем другие, хотя были трофейные. А потом приехал в СССР тогда только-только вышла «Волга».

М.Т.: Продолжим разговор вопросами от наших слушателей, которые пишут нам смс, а также сообщения в социальных сетях. Вот, например, вопрос про Jaguar – «Владимир Владимирович, неужели у вас XJ V8 5.0?».

В.П.: У меня был такой автомобиль, но у него нет полного привода, а я сейчас взял именно полноприводный. Очень удобная машина.

М.Т.: Следующий вопрос от слушателя – «Макс, ты обязан спросить у Владимира Владимировича, за кого он болеет в футболе».

В.П.: Господи! Могу ответить. Когда-то я болел за «Торпедо». Это было очень давно, когда играли Иванов, Стрельцов, Кавазашвили…

М.Т.: Больше того, вы просто были с ними знакомы.

В.П.: Верно. Я тогда работал в агентстве печати «Новости» и мы осуществляли некоторое шефство над ними, когда все это закончилось, я перестал вообще болеть. Ныне у меня огромная симпатия к «Барселоне» просто потому что мне нравится этот стиль игры. Люблю красивый и умный футбол, и я получаю от него наслаждение. Я вспоминаю сборную Венгрии 50-х годов во главе с Пушкашем, ну и, конечно, сборная Бразилии, когда она приехала в СССР и два гола забил небезызвестный вам Пеле… Но так, чтобы я болел сегодня за какую-то команду, нет, я не могу этого сказать.

М.Т: О спорте мы сегодня еще поговорим, но хочется задать вам еще несколько вопросов об автомобилях. Поскольку вам нравятся эстетские продукты компании «Jaguar Land Rover», почему вы не выбрали, например, «Range Rover»?

В.П.: Странное дело, но я вообще никогда не любил джипы. Это не мое, во-первых, они некрасивые, как ни крути, коробка. Наверное, это для женщины важно, они сидят высоко, чувствуют свою силу. С этой машиной не поспоришь, она большая, железная. Недавно мы делали фильм об Англии, который я надеюсь, выйдет в ноябре, и мы там делали целый сюжет о «Land Rover» и там Бог знает что, он через озера проходит… Но я же не еду туда, я еду в основном по городу, по шоссе и мне как-то не по душе. Машины изумительные, но не мое. Не эстетская, кстати.

М.Т.: Вот как раз вам опять слушатели пишут сообщение о том, что поскольку вы эстет, вам и футбол эстетский нравится.

В.П.: Я, между прочим, и бокс люблю эстетский.

М.Т.: Поэтому Джо Луис, Мухаммед Али…

В.П.: Совершенно верно!

М.Т.: Владимир Владимирович, я знаю, что вы коллекционируете модели автомобилей, расскажите поподробнее.

В.П.: Был в Берлине, в гостях у своей дочери, она там живет уже очень давно. Шел мимо магазина и, вдруг, в окне увидел модель «Ferrari» 1964 года. Красоты неописуемой. При чем ручная работа, все очень точно сделано, ручка двери открывается, закрывается. И я запал на это, довольно дорогая штука. И я сказал, буду теперь это собирать. У них разные масштабы у меня 1 к 18. И я сказал своей дочери, что ей больше не надо спрашивать, что мне подарить на Новый год или на День рождения. Сейчас у меня 12 и они стоят у меня на почетном месте. Время от времени я их беру в руки, просто обдуваю. Это, может быть, из детства, но мне это очень нравится.

М.Т.: Это ваш ответ Юрию Антонову, который коллекционирует настоящие автомобили.

В.П.: Два мира – два Шапиро, как говорят.

А.Ш.: А какая любимая ваша машинка в коллекции?

В.П.: Они мне все нравятся, вот тут я не могу ни одну выделить. Ну, вот, например, старая «Alfa Romeo» очень эстетная.

М.Т.: Владимир Владимирович, у нас сейчас очень много законодательных инициатив, направленных на создание комфортного обитания автомобилистов, в частности в Москве. Как оцениваете организацию парковок, возможный платный въезд в центр города? Вам стало легче, лучше?

В.П.: Конечно, очень модно ругать Госдуму, да я и сам люблю это делать. Многие законы вызывают у меня сомнение, но я не хочу влезать в политику. Да, наверное, парковку надо каким-то образом организовывать, поскольку у нас очень мало подземных гаражей. Нас автомобильный бум застал врасплох. В Париже, Лондоне, Нью-Йорке очень много подземных гаражей. Не проблема парковаться. Деньги! Порой кажется, что не до конца додумано, например, где заплатить, надо искать. На счет платного въезда? В Лондоне, вы знаете, он давно существует, в Париже нет, в Нью-Йорке нет. И я не уверен, что это правильная вещь. Но я живу в центре, мне не надо въезжать.

М.Т.: Для вас это насущный вопрос, если эту инициативу все же примут. Придется платить, не хочется. Почему я должен платить, раньше было бесплатно?

В.П.: Я человек общественный, если это облегчит состояние города, я не против, я приму в этом участие. Но я должен понять логику. Что мне нравится в Москве, так это то, что в Москве стали культурнее вести себя за рулем. Не все, но все-таки друг другу уступают, пешеходов пропускают. Я хорошо помню времена, когда ничего похожего еще не было. Вот если сравнить с Санкт-Петербургом, то вот там прям ужас.

М.Т.: Культурная столица же.

В.П.: Да, якобы. Это они любят себя так называть. Также как мы говорим, что мы самые духовные.

М.Т.: Для вас есть страна-эталон существования автомобилистов?

В.П.: Это, конечно, Англия. Это опять культура человека. Как они водят машину, как они относятся к остальным. Наименее комфортное из того, что я когда-либо видел, было в Грузии и в Иране. Но они огромные мастера. Я вообще не знаю, как они проезжают друг от друга в миллиметрах.

М.Т.: Удивительно, почему иранцев нет в «Формуле-1»! Я читал в одном из ваших интервью, что вы любите поднажать.

В.П.: Люблю. Когда мы снимали фильм о Франции, мы заплатили штрафов около 3000 евро. Там камеры всюду, но что делать, значит, надо подчиняться.

М.Т.: Владимир Владимирович, в Москве сейчас очень популярна тема велосипедов. Строятся велодорожки различной комфортности. Это сейчас чуть ли не символ свободы, возможность приблизиться к европейскому образу жизни. Каково ваше отношение ко всей этой велоистории?

В.П.: Это все идет из Франции от мэра Парижа Делоне. Он организовал велосипедные стоянки и в Париже это очень популярно. Но в Париже другой климат. Там снега не бывает и слякоти почти нет. Как у нас это будет в декабре и до апреля, я не очень понимаю. Во-вторых, это очень опасно, потому что водители не привыкли к велосипедистам. Наверняка, будут аварии. Есть это и в Лондоне, тоже благодаря местному мэру Борису Джонсону. Водители страшно ругаются, но англичане очень многие ездят. Я лично не сяду на велосипед в Москве, а вот мой друг Иван Ургант прямо влюбился в велосипед. Летом стал серьезно ездить, в форме, как полагается по 80 километров в день, в шлеме.

М.Т.: А бабочка?

В.П.: Без бабочки. Ему команда «Astana» подарила велосипед, и он с тренером занимается, постройнел и он обожает велосипед.

А.Ш.: Давайте перейдем к вопросам про спорт. Я бы хотел узнать любите ли вы гонки и собираетесь ли посетить «Гран-при России» в Сочи?

В.П.: моя супруга, которая является промоутером и имеет прямое отношение к тому, что там будет происходить, к организации концертов и прочее, она поедет, я не поеду. Я понимаю, что скажу сейчас страшную вещь, но меня совершенно не волнует ни «Формула-1», ни формула-2…. Хотя я знаю, что некоторые просто страшно увлекаются. Наверное, мастерство вождения этих болидов есть, но мне кажется, что это скорее соревнование не людей, а автомобилей больше. Как-то меня это не очень интересует.

М.Т.: Но зато вы любите теннис.

В.П.: Да, я обожаю теннис, играю в него довольно давно. Видел многих великих теннисистов разных лет. Я его еще очень люблю потому что это индивидуальный вид спорта. Я не очень командный игрок.

М.Т.: А я хотел напроситься к вам на какой-нибудь проект.

В.П.: Да! Я просто люблю отвечать сам за себя, а в соревнованиях все начинают друг на друга орать.

М.Т.: С чем связываете такой низкий уровень российского тенниса сегодня?

В.П.: Поскольку Борис Николаевич болел за теннис, у нас теннис поднялся со страшной силой. Ушел Борис Николаевич, пришел Владимир Владимирович.
М.Т.: Но бороться вы не стали.

В.П.: Я-то здесь вообще ни при чем. Не думаю, что уровень интереса к дзюдо возрос. Но теннис отошел. Хотя я играю три раза в неделю в теннис и вижу, как родители приводят маленьких детей на тренировки. Мне кажется, их привлекает возможность заработка на этом виде спорта.

М.Т.: Мы уже почти обо всех видах спорта сказали, но я попрошу у вас хотя бы два слова о хоккее.

В.П.: Обожаю. Я очень огорчался в Сочи. Я даже Всеволода Боброва видел, он играл, как Бог.

М.Т.: Как относитесь к организации таких больших спортивных событий в одной стране за такой короткий срок. Я имею в виду Олимпийские игры, Формулу-1, Чемпионат мира по футболу в России?

В.П.: Я очень положительно отношусь. Считаю, что Олимпийские игры были изумительными. Открытие, закрытие, выступление спортсменов. Жаль, что ситуация на Украине все это свела на нет, с точки зрения восприятия России.

М.Т.: Владимир Владимирович, я попрошу вас пожелать что-нибудь слушателям радио «СПОРТ FM».

В.П.: Желаю вам больше удовольствия от того, как играют наши футболисты, чтобы поддержать хоккеистов и увлекаться еще и другими видами спорта, например, легкой атлетикой.

М.Т.: А я хочу закончить эфир одной известной фразой, одного известного журналиста – это был Владимир Познер.

Один комментарий

  1. Анна & Руслан

    В телепроекте “Англия в общем и в частности” часть 6, транслируемой 10.01.2015, Владимир Позднер в интервью с Глорией Бейли заявил: “Россияне – рассисты”.
    Почему руководство 1Канала допускает трансляцию таких анти нравственных лозунгов на Федеральном канале?
    Прошу разяснить на чем основаны убеждения В. Позднера в том, что Россияне рассисты?
    Расчитываем на Ваш убедительный ответ.
    С уважением, нравственные телезрители

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *