Владимир Познер: «Делайте то, что вы считаете правильным»

В. Познер: Этого я не знаю. Я вчера спросил Сергея Неверова. Он сказал – вот, если в случае чего… Я сказал – ну да, я в восемьдесят лет пойду воевать на стороне… В общем, это ерунда какая-то. То, что сейчас в мозгах: как это – два паспорта? Непонятно. А будет ли что-то из этого вытекать – я не знаю.

Вопрос: Я знаю, что ваш любимый поэт – Пушкин, но я ни разу не видел, чтобы вы цитировали какое-то его стихотворение. Любимое ваше.

В. Познер: Я его очень люблю.

Читает:

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастёт народная тропа,
Вознёсся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.

Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживёт и тлeнья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.

Слух обо мне пройдёт по всей Руси великой,
И назовёт меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикий
Тунгус, и друг степей калмык.

И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.

Веленью бoжию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца;
Хвалу и клевету приeмли равнодушно
И не оспаривай глупца.

Я обожаю это стихотворение, а вообще у Пушкина я много чего люблю. Я всегда говорю – вы умеете читать Пушкина? «А чего там читать?». Ну, например, эпиграмма.

В Академии наук

Заседает князь Дундук.

Говорят, не подобает

Дундуку такая честь;

Почему ж он заседает?

Потому что *опа есть.

Все смеются, а я думаю – неужели вы думаете, что Пушкин написал бы просто про *опу? Нет, конечно. А в чем дело? А в том, что князь Дундуков-Корсаковский был любовником Президента Академии наук.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *