27 октября в программе «Познер» — Сергей Неверов

В. ПОЗНЕР: Являюсь, да.

С. НЕВЕРОВ: И вы можете сказать, как проходят выборы в Париже?

В. ПОЗНЕР: Да, конечно, потому что я в них принимаю участие.

С. НЕВЕРОВ: Замечательно. Как они проходят?

В. ПОЗНЕР: Вы знаете, зависит… вот, скажем, когда что-то очень важное, например, когда Ле Пен в свое время победил в первом туре, во втором туре 85% населения проголосовало.

С. НЕВЕРОВ: Ну, как мэра Парижа выбирают, я хочу вас спросить.

В. ПОЗНЕР: А, именно как мэра? А, понятное дело. Ну, вы знаете, французы вообще активные. Они активные, это надо отдать должное. Но это неважно…

С. НЕВЕРОВ: Тем не менее, из двух миллионов населения Парижа мэра выбрали в апреле этого года всего 93 человека.

В. ПОЗНЕР: Да-да, 93 тысячи.

С. НЕВЕРОВ: 93 человека! Потому что мэра Парижа выбирают из 528 избранных депутатов на муниципальном уровне.

В. ПОЗНЕР: Это вы говорите о другом — вы говорите, как устроены выборы. Это другое.

С. НЕВЕРОВ: Да. Еще раз говорю: это 93 человека. Все-таки в Москве приняли участие более трех миллионов на этих выборах.

В. ПОЗНЕР: Да. Но у нас же прямые выборы.

С. НЕВЕРОВ: У нас прямые выборы. И мне кажется, что вот здесь, вы знаете, что у нас отсутствует планка выборов, вы знаете, что раньше это было 50% явки или 25% на разных уровнях… с учетом того, что отсутствует эта нормальная демократическая норма, которая существует во многих странах мира, потому что существует либо обязательное голосование, либо добровольное…

В. ПОЗНЕР: Существует, да. Да, да, да.

С. НЕВЕРОВ: …Поэтому когда эта норма отсутствует, то мне кажется, что здесь важнее все-таки легитимность выборов.

В. ПОЗНЕР: Согласен, согласен.

С. НЕВЕРОВ: И в этой части вот как раз выборы в Москве не имеют никаких сегодня оснований говорить о том, что они прошли нелегитимно.

В. ПОЗНЕР: Нет, этого никто не говорит, по-моему.

С. НЕВЕРОВ: А вот здесь уже вопрос явки — это говорит о том, насколько активные граждане, которые приходят либо что-то поменять, либо поддержать то, что сегодня есть. Либо они не приходят по причине того, что их все устраивает.

В. ПОЗНЕР: Но есть еще те, кто считает, что это бессмысленно. Давайте так реально говорить: есть и то, но есть ведь и это.

С. НЕВЕРОВ: Вы знаете, вот если посмотреть опять же выборы в законодательные собрания либо в губернаторские, которые у нас проходили, то количество кандидатов у нас от пяти до девяти человек. Мы посмотрим выборы последние, которые проходили в нескольких штатах в США, там было только два кандидата.

В. ПОЗНЕР: Всегда. Республиканцы и демократы — две партии.

С. НЕВЕРОВ: При этом никто не говорит о том, что они неконкурентные.

В. ПОЗНЕР: Они еще какие конкурентные!

С. НЕВЕРОВ: И выборы на самом деле… вы прекрасно понимаете, что выборы есть как конкурентные, так и выборы, проводимые как референдум, когда есть явный кандидат, который имеет очень высокий уровень поддержки населения в регионе.

В. ПОЗНЕР: Это как у нас, да?

С. НЕВЕРОВ: Я вам могу привести несколько таких примеров и в субъектах, где у нас проходили эти выборы. И эти люди имеют явное, конечно, преимущество перед другими кандидатами. Но при этом у нас есть и достаточно конкурентные выборы. Если мы посмотрим выборы, которые проходили 14 сентября 2014 года, давайте возьмем республику Алтай, Горный Алтай, где кандидат от “Единой России” получил 50,6%, а его конкурент в очень серьезной кампании, пройдя, забрав подписи муниципальных депутатов для регистрации, вышел на уровень почти 40%. Разница была в 600 голосов. Это очень конкурентная кампания.

Республика Саха, где кандидат от “Единой России” получил 58%, а его оппонент из “Гражданской силы” получил 34%.

В. ПОЗНЕР: Ну, это значительная разница, согласитесь, да?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *