Ведущий: Мы в течение всей недели говорили вам, рассказывали, предвкушали, анонсировали нашего замечательного гостя, которого мы так долго ждали, и я с гигантским удовольствием представляю вам Владимира Владимировича Познера!
Здравствуйте, Владимир Владимирович.
В. Познер: Доброе утро.
Ведущий: Вы знаете, нам часто звонят, пишут сообщения с просьбами помочь выбрать автомобиль. Называют конкретные суммы, называют года, двигатели, в общем предоставляют целые параметры, причем мы уже научили наших слушателей отталкиваться от параметров. Не просто «я хочу машину Corolla или Land Rover», условно говоря, а совершенно конкретно. Вас когда-нибудь интересовало мнение журналистов, тех, кто тестирует автомобили, вы когда-нибудь читали прессу автомобильную, чтобы выбрать автомобиль, или вы в первую очередь отталкиваетесь от самого себя?
В. Познер: Вы знаете, должен признаться, что не читаю. Правда, я стал смотреть на BBC, есть там программа об автомобилях, и ребята там совершенно замечательно работают. Очень смешно и очень толково – и вот это иногда я смотрю. А что касается того, чтобы разбираться в машине, это не по моей части. Я очень люблю водить, вообще я вожу с 14 лет. И я понимаю, я чувствую машину. Но сказать, что я как-то разбираюсь в двигателе, в подвесках – не могу. И по мере того как это развивается – вы все меньше и меньше можете влезть в машину. Когда у меня была «копейка» – то я открывал капот и занимался, если что-то было не в порядке, а бывало не в порядке довольно часто. А ныне – ты ж тут ничего не понимаешь, все сплошная электроника.
Ведущий: Владимир Владимирович, тогда чем обусловлен выбор вашего автомобиля – это было, как говорят, веление сердца, или предложение, от которого нельзя было отказаться?
В. Познер: Это было и то и другое. Вы знаете, это была мечта детства. Дело в том, что когда я рос в Нью-Йорке, я когда шел в школу пешком – обычно это минут 20 – у меня была такая игра: я считал, марки каких машин находятся на моей стороне тротуара, и какая марка побеждает по количеству.
Ведущий: И какая побеждала?
В. Познер: В мое время побеждал Buick, это странно, но это так.
Ведущий: Сейчас уже не найдешь таких, по крайней мере в России.
В. Познер: Да вот именно. Вообще «бьюика» больше нет. И попадалась очень редко машина, которая вызывала у меня абсолютное восхищение. Машина называлась Jaguar. Красоты несусветной! Такие линии!
Может быть, я не прав, но у меня есть убеждение, что тогда легче было различать машины.
Ведущий: Безусловно.
В. Познер: А теперь они все одинаковые. Но все-таки Jaguar даже сегодня выглядит не как все остальные. И у меня была мечта – что когда-нибудь у меня будет Jaguar. Я понимал, что вряд ли, это дорогая машина, ну как это может быть? Но мечта была. И сложились обстоятельства таким образом, что – да, у меня ныне Jaguar XJ темно-зеленого цвета, и я его люблю нежно и страстно.
Ведущий: Он большущий ведь, Владимир Владимирович? Длинный? Как парковаться-то?
В. Познер: Длинный. Ну как парковаться…
Ведущий: Тем более, вы же ездите за рулем, а не с водителем.
В. Познер: Иногда у меня есть водитель, особенно в будние дни, если надо куда-то по делу, потому что некуда поставить машину. Но сегодня суббота, и я к вам конечно приехал сам. Я очень люблю водить машину. Меня не смущают пробки. Если я не опаздываю – пожалуйста, я могу подождать. Просто я себя чувствую за рулем очень комфортно.
Ведущий: Это абсолютно, знаете ли, такой эстетский вариант. Это не просто машина.
В. Познер: Нет, не просто.
Ведущий: Тогда опять-таки по «ягуарам»: согласитесь, что они сильно от тех «ягуаров», наверняка, которыми любовались вы, и не даже потому что они стали современнее, а в принципе стилистика абсолютно изменилась.
В. Познер: Да. Я все равно люблю ту. Вообще старые машины – поразительной красоты. Я недавно увидел Porshe 57-го года. Это просто сказка! Я не знаю, кто являлся автором дизайна, но это просто что-то невероятное! Может быть, сейчас в основном стремятся к такому дизайну, который проще выполнить, быстрее сделать – но вообще красивых мало. Ну да, Martin Aston – красивая машина, конечно. Вот Jaguar – довольно красивая машина, но вообще они все теперь на одно лицо, абсолютно.
Ведущий: Не можем не согласиться. Вообще какие машины, какой страны вам всегда нравились больше? Это были всегда британские автомобили, или американки тоже?
В. Познер: Нет. Когда-то мне нравились итальянские машины, Alfa Romeo мне очень нравилась – когда-то.
Ведущий: Это очень важно уточнить. Я именно сейчас тестирую Alfa Romeo и через неделю я буду про нее рассказывать: там будет очень мало плюсов.
В. Познер: Да. Значит, когда-то… Мне конечно Jaguar всегда нравился. Aston Martin мне очень нравился всегда. Как ни странно, Rolls-Royce вообще не нравился, совершенно. Из американских машин Viper, потому что такая машина, знаете ли, мощная. И вообще вот эти машины 50-х годов американские с плавниками и со всеми делами. Я-то убежден, что то, как выглядит машина, в какой-то степени отражает общее состояние страны. Так вот, это был взлет Соединенных Штатов после Второй мировой войны. 50-е – начало 60-х. Машины просто говорили о том, как все здорово.
И потом постепенно, постепенно они стали другими.
Ведущий: А вам жаль, что так в итоге получилось, что по сути американский автопром практически утонул?
В. Познер: Мне жалко, но сами виноваты. Ведь они были настолько уверены, что никто и никогда их даже близко не догонит, что они просто, так сказать, бездельничали.
А тем временем японцы тихо-тихо, немцы…
Ведущий: А теперь и китайцы.
В. Познер: Немцы не совсем тихо, и так далее, и в общем оказалось, что сегодня американская машина в самих США, в так называемой «средней Америке», там в основном американские машины, считается непатриотичным ездить на других.
Но Нью-Йорк, Лос-Анджелес и так далее – это все сплошные иномарки, в основном японские.
Ведущий: Трудно ли было вам после вашего американского детства, когда кругом прекрасные, красивые автомобили разных марок, оказаться в СССР среди…
В. Познер: Любимая машина у меня тогда была Lincoln Continental, а у друга моего отца, его звали Луис, машина была темно-зеленая, а внутри красная кожа. Просто такая машина, что можно было заболеть.
Кстати, могу вам рассказать смешную историю. Как-то мы ехали на дачу за город и нас догнала полицейская машина, а тогда полицейские машины в штате Нью-Йорк были белые с зеленым – Ford, но с усиленным движком. Догнал. И вы знаете, что в Америке вы не выходите из машины. Руки на руле, так чтобы видно было, где ваши руки. Вышел из машины и вразвалочку подошел полицейский и говорит: «Сэр, вы не заметили, когда проехали через мост – там было ограничение 20 миль в час?». «Нет, сэр, я не заметил».
Ведущий: Это же не более 40 километров получается?
В. Познер: Да. Ну, не заметил. «Хорошо, следуйте за мной». Поехали за ним. Приехали. «Вот видите, написано – 20 миль в час?» «Да, сэр, вижу». «Я могу вас оштрафовать, но не стану. При мне, пожалуйста, взад-вперед со скоростью 20 миль в час». Раз, два, три, четыре, пять… «Езжайте».
А чтобы ответить на ваш вопрос. Я сначала ведь приехал в Германию. В оккупированную зону советскую. И там конечно машины были совсем другие. Хотя были трофейные. Вот Horch – такие здоровые, довольно красивые машины. А уж когда приехал в Советский Союз – тогда только-только вышла «Волга», вызвавшая всеобщий фурор.
Ведущий: Мы продолжаем. Максим Трусов, Антон Ширяев в эфире и Владимир Владимирович Познер сегодня наш гость. Мы обсудили автомобиль Владимира Владимировича и шедевры американского автопрома.
Короткие вопросы наших слушателей: Возвращаясь к Jaguar XJ, на котором Владимир Владимирович ездит, слушатель спрашивает: неужели это двигатель 5.0 V8 и 510 лошадиных сил?
В. Познер: Вы знаете, у меня был суперчат, но там не 4 ведущих колеса, теперь я взял тот, где четыре ведущих.
Ведущий: Портфолио.
В. Познер: Очень удобная машина, очень.
Ведущий: Макс, ты обязан спросить Владимира Владимировича, за кого он болеет в футболе.
В. Познер: Могу ответить. Когда-то я болел за «Торпедо», это было очень давно, когда играли Иванов, Стрельцов, Кавазашвили в воротах и так далее.
Ведущий: Вы просто с ними были знакомы.
В. Познер: Близко – нет, но я работал в АПН и мы осуществляли некоторое шефство и встречались, и Валера Воронин, и все эти замечательные ребята – и я болел за «Торпедо».
Когда все это закончилось, я перестал вообще болеть и ныне из симпатий у меня огромные симпатии к «Барселоне», просто мне очень нравится этот стиль игры, я люблю красивый и умный футбол, и конечно от этого получаю наслаждение.
Я вспоминаю – это вероятно покажется странным – сборную Венгрии 50-х годов. Во главе с Пушкаш, Хидегкути, Грошич в воротах, и конечно сборную Бразилия, приехавшую в СССР, когда два гола забил небезызвестный футболист по фамилии Пеле. Много. Но так, чтобы я болел сегодня за какую-то команду, – я не могу этого сказать, нет.
Ведущий: Мы о спорте еще сегодня поговорим, но пока все-таки хочется продолжить тему автомобилей. Поскольку вам нравятся, скажем так, эстетские продукты компаний Jaguar и Land Rover. Почему не Range Rover?
В. Познер: Вот странное дело, я вообще никогда не любил джипы, грубо говоря. Это не мое.
Во-первых, они некрасивые, на мой взгляд. Все-таки коробка, как ни крути. Я понимаю, что ты сидишь высоко и чувствуешь себя… Наверное, для женщин это здорово. Потому что они чувствуют свою силу, с этой машиной особенно не поспоришь – она большая и железная. Но недавно мы делали фильм об Англии, который, я надеюсь, выйдет в ноябре, и делали целый сюжет о Land Rover. И там бог знает что – через озера проходит.
Ведущий: Прохождение брода невероятное.
В. Познер: Невероятное. Здорово. Но я же не езжу по таким местам, понимаете? Я езжу в основном по городу, по шоссе, и мне просто как-то не по душе. Хотя машина изумительная, но не мое просто. Не эстетская машина, кстати. На мой взгляд.
Ведущий: Да. И здесь пишут, что поскольку Владимир Владимирович эстет, он наверное и футбол эстетский любит. Ну, про футбол мы вам уже все рассказали.
В. Познер: Я между прочим, и бокс люблю эстетский. Муххамед Али.
Ведущий: Мы немножко затронули ваши детские впечатления, я напомню, в связи с этим вопрос немножко из детства: я знаю, что вы коллекционируете модели автомобилей. Расскажите подробней, пожалуйста.
В. Познер: Да. Я случайно начал. Был в Берлине, в гостях у своей дочери, она там живет очень давно. Шел мимо магазина. И вдруг в окне увидел модель.
Ведущий: не девушку.
В. Познер: Да. Совсем не девушку. Модель Ferrari 64-го года, красоты неописуемой, причем все точно сделано. Ручная работа. Ручка от дверей и прочее – все открывается, закрывается. Я запал на это. Довольно дорогая штука. И я сказал: все, я это буду потихоньку собирать. Эти машины выпускают 1:18. И я сказал дочери: наконец меня не надо больше спрашивать – папа, что тебе подарить на Новый год и на Рождество и что тебе подарить на день рожденья. Каждый раз дари мне одну такую машину. Сейчас их у меня 12. Они у меня стоят на почетном месте, и время от времени я просто их беру в руки и любуюсь. Это из детства, может быть. Но я получаю наслаждение.
Ведущий: Это такой ответ Юрию Антонову, который коллекционирует настоящие автомобили.
В. Познер: Как видите, два мира – два Шапиро, как говорят.
Ведущий: И какая самая любимая ваша модель из 12-ти?
В. Познер: Они мне все нравятся. Вот тут я не могу ни одну выделить, хотя есть одна старая как раз Alfa Romeo, очень эстетная.
Ведущий: У нас сейчас много законодательных инициатив, направленных на комфортное обитание автомобилистов, в частности в Москве. Как вы оцениваете, скажем, организацию парковок, возможный платный въезд в центр города, о котором буквально неделю назад говорилось?
Отдельные полосы для общественного транспорта? Вам стало легче, лучше?
В. Познер: Давайте так. Конечно очень модно ругать Государственную думу, да я и сам люблю этим заниматься. Многие законы вызывают у меня сомнение. Я не хочу влезать в политику. Да, наверное парковку каким-то образом надо организовывать. Поскольку у нас очень мало подземных гаражей больших, потому что нас автомобильный бум застиг врасплох, мы совершенно его не ожидали. В Париже или в Лондоне или в Нью-Йорке очень много подземных гаражей. Не проблема парковаться. Деньги? Да, стоит денег.
Значит, каким-то образом это надо организовать. Порой кажется, что не до конца додумано – где заплатить, надо искать эту штуку, чтобы там заплатить. Это не рядом, это бывает сложно. Не самое удобное дело. Но я понимаю, что это необходимо, надо что-то делать.
Насчет платного въезда в центр. В Лондоне, как вы знаете, он существует. В Париже – нет. В Нью-Йорке – нет. Я не уверен, что это правильно. Я живу в центре, мне не надо въезжать, я просто живу там.
Ведущий: Для вас это был бы крайне насущный вопрос, если эту инициативу все-таки примут? То есть вам придется еще что-то платить. Сколько бы то ни было, но почему если я живу тут, я должен платить за это?
В. Познер: Я человек в этом смысле общественный. Если это облегчит состояние города – я не против, я приму в этом участие. Но только я должен понять логику этого дела.
Что больше всего мне нравится из изменений в Москве – это то, что все-таки стали по-другому вести себя за рулем. Не все, но все-таки друг другу уступают, пешеходам уступают. Я-то очень хорошо помню, когда вообще ничего похожего не было. То есть некоторое повышение культуры автовождения наблюдается. Даже если сравнить, например, с Санкт-Петербургом – там просто ужас.
Ведущий: Культурная столица.
В. Познер: Да, якобы. Это они любят себя так называть. Так же как мы говорим, что мы самые духовные. Такие же они – культурная столица.
Ведущий: А есть ли для вас эталон организации комфортного существования автомобилистов? Европа, Америка?
В. Познер: Да, есть. Это конечно Англия. Это опять же культура человека. Как они водят машину и как они относятся к остальным. Предупредительные. Пропустить человека – вот это все комфортно. Наименее комфортно из того, что я когда-либо испытал, было в Грузии, с одной стороны, довольно давно, и еще в Иране. Это вообще…
Ведущий: В Египте так же.
В. Познер: Да. Это что-то невероятное. Правда, они огромные мастера, потому что они проезжают в миллиметре друг от друга. Я не знаю, как они это делают.
Ведущий: Почему вот иранцев нет в Формуле-1, да?
Ведущий: Владимир Владимирович, я читал в одном из ваших интервью, что вы любите поднажать. И при этом, приводя пример Англии и Лондона – там ведь везде камеры, если даже захочешь – не поедешь быстро.
В. Познер: И во Франции то же самое. Когда мы снимали фильм о Франции, потом мы заплатили штрафы что-то около трех тысяч евро.
Да, там камеры всюду. Ну что делать. Значит, надо подчиняться. Но так, в душе, я очень люблю скорость. Есть такое. Особенно когда машина берет с места…
Ведущий: Владимир Владимирович, тема велосипедов сейчас в больших городах, в первую очередь в Москве, где строятся велосипедные дорожки различной комфортности, это чуть ли не символ какой-то свободы, возможности приблизиться к европейскому образу жизни. Очень многие таким образом это воспринимают. Вообще ваше отношение к этому, к велосипедам в принципе: для вас это в первую очередь как спорт или возможность передвигаться по городу?
В. Познер: Первыми придумали это как возможность заменяя автомобиля – во Франции. Мэр Парижа Делануэ организовал эти велосипедные стоянки, и в Париже это очень популярно. Но все-таки в Париже другой климат, чем в Москве. Там снега не бывает или почти не бывает. Слякоти там вообще нет.
Поэтому как это в Москве будет, начиная с декабря или даже с ноября по апрель или даже май – я не очень понимаю. Это первое. Во-вторых, очень будет опасно, потому что водители не привыкли к велосипедистам и наверняка будут аварии.
Ведущий: Противостояние. Оно есть, это противостояние.
В. Познер: Тем более. Даже в Лондоне оно есть. Там называется «борис-байк», то есть велосипед Бориса Джонсона, который является мэром города Лондона, и водители страшно ругаются. Но там очень многие ездят, и вообще англичане стали такими мировыми велосипедистами, они стали побеждать французов, итальянцев, испанцев. Ну ладно. Я лично не сяду на велосипед в Москве, а вот мой друг и хорошо всем известный Иван Ургант прямо влюбился в велосипед, летом стал серьезно ездить – в форме и все как положено, по 80 км в день. Иногда в шлеме.
Ведущий: Правда, что ли? А бабочка?
В. Познер: Без бабочки. Ему команда «Астана» подарила велосипед, и он с тренером на полном серьезе ездит. И постройнел. Он обожает велосипед! Я – с удовольствием за городом, но в Москве – нет. Это без меня.
Ведущий: Ну значит в одиночку будет кататься на велосипедах. Ивана Урганта, правда, можем привлечь.
В. Познер: Я не уверен, что он по Москве захочет.
Ведущий: Перейдем к вопросам про спорт. Любите ли вы автогонки, следите ли за ними, поедете ли на Гран-при в России?
В. Познер: Моя супруга, которая является промоутером, имеет прямое отношение к тому, что там будет происходить, к организации концертов и так далее – она поедет. Я не поеду. Я понимаю, что я сейчас скажу ужасную вещь, но меня совершенно не волнует ни Формула-1, ни Формула-2. Вообще. Хотя я знаю, что некоторые просто страшно увлекаются. И наверное все-таки мастерство имеет значение в смысле вождения этих болидов, но мне кажется, что это соревнования не людей, а автомобилей больше. Как-то меня не очень это интересует.
Ведущий: Кубок Кремля стартует в ближайшие дни в столице. И это вас интересует.
В. Познер: Да, интересовало бы, если бы приехали соответствующие игроки.
Ведущий: Да неплохой состав в этом году.
В. Познер: В этом году неплохой, и я конечно буду ходить. Потому что я обожаю теннис, я играю очень давно, довольно средне, но получаю колоссальное удовольствие от этого.
Видел многих великих теннисистов, да и сейчас, надо сказать, есть ряд неплохих. Теннис я вообще обожаю, еще и потому, что ты играешь один.
Ведущий: Да, индивидуальный спорт.
В. Познер: Я не очень командный игрок.
Ведущий: Это только к спорту относится или вообще к жизни?
В. Познер: Ну когда вы делаете телевизионные передачи, вы же работаете с коллективом, который сплачивается.
Ведущий: Я просто хотел напроситься к вам, может быть, в какой-нибудь проект.
В. Познер: Так-то да, и когда мы снимаем фильмы – тоже команда. Но в соревнованиях я хочу отвечать за себя, а когда кто-то еще – начинают друг на друга орать.
Ведущий: Владимир Владимирович, а с чем связываете такой спад успехов в нашем теннисе? Вроде как и есть мощные игроки, и девочки. Только девочки сейчас, потому что по сути про мужчин мы вообще забыли.
В. Познер: Понимаете, у нас странное дело. Поскольку Б.Н. Ельцин болел за теннис, то теннис у нас поднялся со страшной силой. Ушел Борис Николаевич – пришел Владимир Владимирович. Дзюдо вдруг возросла в результате? – не думаю. Но теннис как-то отошел, что ли, нету пропаганды тенниса, хотя я играю три раза в неделю, я смотрю – водят маленьких детей в довольно большом количестве. Как мне кажется, родителей привлекает возможность заработка довольно больших денег.
Ведущий: Не могу не сказать о том, что папа сестер Уильямс именно от этого и отталкивался, когда отдавал своих дочерей в спорт, где зарабатывают хорошие деньги.
В. Познер: Правильно. И надо сказать, что он не ошибся. В отношении обеих девочек, конечно. Я вообще не люблю ни Серену, ни Венеру как теннисисток, но отказать им в том, что они большие игроки, никак нельзя. Неэстетно играют.
Ведущий: В принципе уже обо всех видах спорта мы рассказали, но просто два слова о хоккее.
В. Познер: Обожаю. Вообще хороший хоккей обожаю.
Ведущий: Я не видел вас на трибунах Большого в Сочи.
В. Познер: Зря. Я был. И огорчался, надо сказать, в Сочи очень. Так что я люблю хоккей, и есть отдельные игроки, которые для меня просто совершенно отдельно стоят. Наших несколько. Я даже Боброва видел Всеволода. Игравшего в хоккей. Он играл как бог.
Ведущий: Как относитесь к организации по сути за один такой, короткий отрезок времени одной страной, такой как Россия, больших спортивных мероприятий?
В. Познер: Я очень положительно отношусь к этому. Это здорово. Олимпийские игры были изумительные, сколько бы их ни ругали. Вообще открытие, закрытие, сами игры, то, как выступили спортсмены – это был блеск. И жалко, что Украина все это свела на нет с точки зрения восприятия России. Но вообще большие спортивные соревнования, организованные в какой-то стране, если это сделано хорошо… Смотрите, даже Бразилия, где сама команда сыграла, мягко скажем, не очень хорошо, но тем не менее ощущение от этого Чемпионата мира у людей сугубо позитивное.
Ведущий: Праздник!
В. Познер: Праздник – и Бразилия в этом смысле просоответствовала.
Ведущий: Владимир Владимирович, у нас остается меньше минуты, я попрошу вас…
В. Познер: Спеть.
Ведущий: Это после эфира. Пожелать что-нибудь слушателям Sport-FM, которые так любят футбол и так восхищаются вами.
В. Познер: Я желаю вам больше удовольствия от того, как играют наши футболисты, поддержать хоккеистов – чемпионов мира, и кроме того, поувлекаться еще другими видами спорта. Не только двумя. Легкой атлетикой, например.
Ведущий: А я хочу закончить эфир фразой одного известного журналиста. Это был Владимир Познер на Спорт FM.
При использовании текста активная ссылка на сайт «Познер Online» обязательна!
