Юрий Любимов в программе «Познер»

В.ПОЗНЕР: Элитарность – это что? Это…

Ю.ЛЮБИМОВ: Именно разные театры. И есть выбор. Выбор есть тогда для нормальных людей: он именно ходит сюда, а не туда. Любит человек оперетку, он ходит в оперетку.

В.ПОЗНЕР: Но вы же не скажете, что оперетка – это элитарное искусство? Или скажете?

Ю.ЛЮБИМОВ: Если уникальные есть… Например, если это по знаку качества блестяще сделано. Есть очень много людей, которые любят оперетку.

В.ПОЗНЕР: Можно сказать, обобщая, что вообще искусство элитарно?

Ю.ЛЮБИМОВ: Я думаю, да. Это дар.

В.ПОЗНЕР: Это дар также и восприятия.

Ю.ЛЮБИМОВ: Да. Вы правы, конечно, и восприятия. Надо, все-таки, отличать. А так мы будем биться все время…

В.ПОЗНЕР: А вообще чем должен заниматься театр?

Ю.ЛЮБИМОВ: Делать хорошие спектакли, продукцию давать, которую стремятся посмотреть.

В.ПОЗНЕР: И всё?

Ю.ЛЮБИМОВ: А если он (создатель) сумел расширить палитру данного жанра, то это он остается на многие века. Как это сделал, предположим, Станиславский и сказал историческую фразу: «В театр я не могу вас устроить (Мейерхольда), потому что это чужой для меня театр. А к себе в студию я вас приглашаю и буду очень рад с вами работать». И так случилось это. А потом трагедия произошла. Вы знаете всю эту историю.

В.ПОЗНЕР: Скажем, Театр на Таганке вначале, шестидесятые, семидесятые годы… Популярность этого театра, колоссальная популярность, в значительной степени, все-таки, была связана с каким-то политическим моментом. Но это не политический театр?

Ю.ЛЮБИМОВ: Нет. Я отрекаюсь: это не политический театр.

В.ПОЗНЕР: Значит, театр не должен заниматься политикой?

Ю.ЛЮБИМОВ: Если кто-то… Видите ли, драматург, который выбран, Брехт – он не жалован у нас как ни странно. Он даже когда приехал, ему вручали премию у нас, он удивлен был, что, вроде, он должен быть родным тут. Ему дали Ленинскую и так далее… А он не понял, почему он тут чужой. Да, он был очень удивлен: «Должны были сердечно меня принимать. А они только бы скорей я уехал». У него было такое какое-то странное недоумение.

В.ПОЗНЕР: И, все-таки, театр – он должен быть сиюминутный? Понимаете, драматург, я не знаю там, Шекспир, он написал свои пьесы 500 лет тому назад. Они продолжают оставаться сиюминутными, потому что те страсти, те чувства, которые там фигурируют, они и сегодня есть.

Ю.ЛЮБИМОВ: Шекспир настолько широк по диапазону, что это явление удивительное. Хотя, Лев Николаевич затратил столько времени доказывать, что это ересь.

В.ПОЗНЕР: Не любил?

Ю.ЛЮБИМОВ: Очень.

В.ПОЗНЕР: Бывает.

Ю.ЛЮБИМОВ: У гениев бывают такие…

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.