12 марта в программе “Познер” – Константин Ремчуков

К.РЕМЧУКОВ: Да. Ну вот страна узнает об этой рокировке. Я как человек, который много месяцев просил их это сделать, сказал: “Ну наконец-то!” В этот день приходят из университета Варвара и Николай, сын и дочь. И у них волосы вот так стоят. Они не сильно политизированы, они академически вовлеченные в процесс обучения. И Варя показывает, у нее на Facebook на стене 300 возмущенных людей. И у Коли то же самое. И я говорю: “А что такое?” Они говорят: “Как они могли без нас решить?” И я понял, что то, что мы в рамках своей жизни в этой пирамиде с компромиссами… Я не ощутил такого пафоса и негодования от их объявления, а молодежь сказала. Потому что их ценности формируются уже знанием того, как этот мир функционирует везде. Не могут два человека выйти и сказать: “Так, ты будешь Президентом, я теперь буду премьером”. И мне кажется, что это тоже очень важная вещь. Появилось новое поколение людей, которые хотят, чтобы все процедуры демократии, а не только акт голосования, соответствовали тем стандартам, которые установились в мире.

В.ПОЗНЕР: О том, что будет, ну и обо всей этой теме, и кто на самом деле за и кто на самом деле против, мы еще поговорим. Но это будет после рекламы, так что не уходите.

ВТОРАЯ ЧАСТЬ

В.ПОЗНЕР: Хотел вот что вас спросить. Вы в одном интервью сказали следующее: “Если Путин проигнорирует эту толпу (имея в виду демонстрантов), если он подумает, что победил, то он окажется проигравшим, потому что идеи людей уничтожат любую систему. А времени у него нет, ему необходимо прямо сейчас признать и принять международные стандарты демократии”. Во-первых, что его может заставить принять то, что он не принимал, скажем, 12 лет? Почему вдруг сейчас он это примет, к тому же имея 63% голосов? Ну, 60, там спорят, но не важно, да? Почему? Что его может подтолкнуть в эту сторону?

К.РЕМЧУКОВ: Есть несколько причин, с моей точки зрения, почему он не может жить так, как жил 12 лет предыдущих. Во-первых, появление этого класса, который начал борьбу за признание в гегелевском смысле. У этого класса есть ценности, которые до такой степени созвучны ценностям нормальных людей, что их так или иначе разделять будет через какое-то время большинство населения страны. Потому что ты не можешь никому в бытовой беседе за кружкой пива в пивной или в кофейне сказать: “Это очень справедливо, если мы не допустим, условно говоря, партию ПАРНАС к выборам. Это очень справедливый будет выбор”. Да? На тебя посмотрят, скажут: “Ты дурачок, что ли? Справедливо – это как?” Потому что есть бытовое представление. И, кстати, социологи, по-моему Левада-центр, показали в январе очень интересную цифру, что около половины россиян разделяют пафос Болотной и Сахарова. В Москве – чуть больше половины, 50%, в России – 44%, чуть меньше. Таким образом, ничтожная в социологическом смысле группа с какими-то этими ценностями, которые они черпают непонятно откуда, не из инсталлированных центров этих ценностей, вдруг оказывается такой влиятельной. Это важно. Это в интересах Путина, потому что легитимность власти сейчас очень важный термин.

В.ПОЗНЕР: Можно ли сказать так, что Путин – прагматик, он прекрасно понимает, где лежат его интересы, и что именно это его и будет побуждать принимать такие решения?

К.РЕМЧУКОВ: Ну, давайте скажем. Ну а я хотел о легитимности. Легитимность подтверждается властью тогда, когда власть в состоянии решать проблемы, которые возникают перед гражданами. При этом демократия была не всегда в мире, а власть была всегда. И власть рушилась в тот момент, когда она переставала решать проблемы. Проблемы – это нормальное состояние общества. Если власть не решает проблему, проблема трансформируется в противоречие, а потом и в антагонистическое противоречие. Если Путин не хочет, чтобы проблемы этой группы граждан трансформировались в антагонистическое противоречие, когда идет борьба на смерть, то он должен сам отрефлексировать, потому что проблема – у этой среды нет лидера, у нее нет переговорщика. Вождь страны должен отрефлексировать эти проблемы и ввести такие изменения в нашей жизни, которые этой среде позволят сказать: “Слушайте, а мы живем нормально. Это, в общем-то, то, что мы хотели”.



Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *