Главная » Видео » Встречи с В. Познером в "Жеральдин" » Владимир Познер: «Я не очень оптимистичен в том смысле, что четвертая власть вернется»

Владимир Познер: «Я не очень оптимистичен в том смысле, что четвертая власть вернется»

- У вас были разные собеседники: не очень умные и очень умные, а были ли настолько умные, с которыми не только разговаривать, – был ли кто-нибудь, кто смог ваше мнение как-то пошатнуть или изменить, или даже радикально изменить?

- Радикально – вряд ли. Но были люди, которые меня удивили, например Кобзон. Мы с ним очень разные, как вы понимаете, и придерживаемся разных взглядов. Но его поведение в программе, то, как он отстаивал свою точку зрения, то, как он аргументировал, его убежденность и то, что он не играл в какую-то игру, а действительно высказывал свое «нутро», безусловно, на меня произвело впечатление. Я стал его больше уважать после этого. У нас очень многие просто играют какие-то спектакли. Он – нет, он действительно верит и это высказывает. А то, что он смелый человек, мы знаем и так. Так что такие вещи бывают.

Бывает и наоборот, тот же Шнур. Я был уверен, ведь он же вроде бы такой – кумир, и я думал, что он как скажет... А он оказался никакой. На вопросы не отвечал, крутил, вертел – совершенно неожиданно для меня, то есть опять-таки меня удивил, но в другую сторону. Но так, чтобы кто-то… были люди, которые меня очень тронули – тем, как они ответили. Например, когда у меня был посол Соединенных Штатов Джон Байерли, который прекрасно говорит по-русски, и я ему задал последний вопрос: «Что вы скажете своему Создателю, когда окажетесь перед ним?». И вдруг я увидел, что у него губы задрожали и слеза появилась в глазах, и он сказал: «Я спрошу – можно, я увижу своих родителей?». Это было настолько трогательно, искренне, что я этого никогда не забуду. Так что часто бывает что-то, но по-разному.

Сказать, что было много дураков, – вы знаете, нет. Были, конечно, не слишком умные, но в основном все-таки нет. И даже эти люди, которых я лично не люблю, скажем так, но все равно – они же неглупые. Это ошибка – так считать. И те, которые добираются до этих верхов, не глупые. Как правило, глупые люди туда не добираются.
 
- Я учусь в Московском институте радиовещания, и на прошлой неделе вы давали нам мастер-класс. В самом начале вашего выступления вы сказали, что СМИ и журналистика – это четвертая власть. Но ее, к сожалению, сейчас нет. Причем не только в России, но и вообще – в общем и целом. Есть ли шанс, что четвертая власть вернется, и что нужно сделать для того, чтобы она вернулась?
 
- Во-первых, я тогда не давал никакого мастер-класса, а просто отвечал на вопросы. И во-вторых, сами эти органы должны быть независимы от других корпораций. А мы видим, что постепенно телевизионные компании покупаются более крупными корпорациями, и они становятся частью этих организаций, и уже тогда они, собственно, не являются средствами массовой информации: они превращаются в средство заработка, получения прибыли и выполнения определенных политических заданий. Это общий тренд, это не только у нас. У нас основные средства массовой информации, наиболее влиятельные, просто принадлежат государству напрямую и неопосредованно, или же это незначительные и не очень влиятельные СМИ, которые не представляют собой, скажем так, никакой опасности, и их не трогают.

В Соединенных Штатах нет государственных СМИ, если говорить об Америке, но эти когда-то независимые крупнейшие телевизионные компании, как «Эн-би-си», «Си-би-эс», «Эй-би-си» – их просто поглотили более крупные компании, и на этом, собственно говоря, их самостоятельность кончилась.

Как сделать, чтобы это все переиграть, – я не знаю. Поэтому я не очень оптимистичен в том смысле, чтобы эта четвертая власть вернулась. Роль ее велика, потому что на самом деле никакой у нее власти нет, кроме одной: это доводить до сведения всех, то есть доводить до сведения общества и до сведения власти то, что не в порядке. И таким образом влиять на общественный климат. Эта огромной важности роль, но я не вижу, как это может быть достигнуто.

То есть в стране должны приниматься, во-первых, законы: А) что власть не имеет право владеть никаким средством массовой информации – ни региональным, ни федеральным – никаким; и Б) что средство массовой информации не может входить в бизнес-интересы других компаний, то есть они должны быть независимы. То есть они, конечно, тоже бизнес, потому что они живут за счет рекламы, но это другое. Я не очень верю, что такие законы будут приняты, и поэтому отношусь к ситуации довольно пессимистически.

Я, кстати, поэтому и говорю людям – ну зачем вам идти в журналистику? Эта на сомом деле сегодня тяжелая профессия – быть журналистом. Быть пропагандистом – это другое дело: выполнять задания, говорить то, что от вас требуется, это не фокус. А быть журналистом вообще непросто. А сегодня особенно. Это надо иметь очень большое желание. 

Видеозапись:

Из выступления Владимира Познера в "Жеральдин" (20.12.16)

  • Alexey Maximov

    Не могу согласиться.
    Пример с Кобзоном и Шнуром не такой очевидный. И не такой верный.
    Кобзон со сформированными взглядами и убежденностью может быть и подкупает на фоне Шнура с его обтекаемыми формулировками и без четких ответов на «что такое хорошо и что такое плохо?». Может быть.
    А может и Кобзон проигрывает, т.к. набор однозначных шаблонов, единая парадигма при изменении условий не позволяет задуматься о новых условиях, в то время как Шнур, оценивая каждую итерацию применительно только к конкретным условиям и только тогда делая выводы, является более взвешенным. Все же вода камень точит.
    Да и разная популярность и владение сердцами (заслужено ли, правильно ли — другой вопрос) говорит в пользу альтернативного взгляда.
    По поводу журналистики и в целом СМИ категорично не согласен, что четвертой ветви власти нет. Извиняюсь, но все же это отнесу к возрастному консерватизму (хотя и признаю, что в целом подобные мнения должны сыграть положительную роль — но это не делает это верным). Т.к. именно народные массы являются в своей сути властью. А значит власть делегируется именно народом так или иначе под действием тех или иных механизмом. Один из этих механизмом — общественное мнение.
    Да, СМИ долгое время формировали общественное мнение. А когда-то этого не было, зато были шаманы, перешептывающиеся бабушки, церковь и т.д. А сейчас под действием НТП фокус сместился к более быстрым механизмам обмена информацией — интернету. Он и является сейчас четвертой властью.
    Предвидя возражения по поводу того, что блогеры — не журналисты, не профессионалы и т.д., напоминаю, что интернету — меньше полувека… Когда выходили первые газеты вряд ли вообще понятие «журналист» было.

  • Alex Pit

    Главный вывод — в мире уже не существует по настоящему независимых СМИ, да и вообще каких либо независимых общественных организаций. Все они кому-то и как-то принадлежат, а значит отражают отражают именно их точку зрения. И никому не надо на эту тему спекулировать, особенно западу. Типа — RТ это путинская пропаганда, а вот BBC — это честные и независимые журналисты. Пора уже всему миру понять что это не так

Новости партнеров

Кэш:0.16MB/0.00258 sec