Главная » Колонка В.Познера » Дневник путешествий » США » «Чайна-тауны, как мне кажется, образовались как своего рода опорные пункты или крепости»

«Чайна-тауны, как мне кажется, образовались как своего рода опорные пункты или крепости»

Сан-Франциско славится не только своим мостом, но и Чайна-тауном, районом, в котором проживают китайцы, и Кастро, районом, в котором проживают гомосексуалы.

Чайна-таун — буквально «китай-город» — поражает прежде всего тем, что, попав в него, ты попадаешь в другую страну. Здесь почти не говорят по-английски, все надписи — по-китайски, торгуют китайскими товарами, в продовольственных магазинах предлагают только китайскую еду.

Первые китайцы появились здесь давно, еще в XVIII веке, даже раньше, но это были китайцы обеспеченные — купцы, торговцы, люди образованные и работящие. Их приняли с распростертыми объятиями. Но когда «золотая лихорадка», словно гигантский магнит, притянула сюда десятки тысяч бедных китайцев, готовых работать день и ночь за гроши, отношение изменилось. Дело дошло до принятия законов, запрещавших приезд китаянок («чтобы не расплодились»), в результате чего соотношение китайцев к китаянкам в последней четверти XIX века стало 29:1; потом был принят закон, вообще запрещавший иммиграцию китайцев.

Позже эти ограничения были отменены, но чайна-тауны, как мне кажется, образовались как своего рода опорные пункты или крепости, в которых китайцы-иммигранты могли укрыться от враждебного им внешнего мира. В течение долгих лет чайна-тауны были центрами контрабанды, наркобизнеса и проституции. Сегодня это уже не так; в Сан-Франциско Чайна-таун стал одним из самых посещаемых туристами мест, но в отличие от прочих иммигрантских районов, которые, возникнув и окрепнув, потом стали исчезать по мере того, как второе и третье поколения иммигрантов становились «настоящими» американцами (влияние «плавильного котла»), чайна-тауны не исчезают. Более того, они расширяют свои границы. Так, «Маленькая Италия», одно из самых примечательных мест Нью-Йорка, почти исчезла: ее поглощает и скоро поглотит Чайна-таун.

Не подает признаков увядания и Чайна-таун Сан-Франциско, куда мы пришли во время съемок фильма «Одноэтажная Америка», чтобы поговорить с местными жителями о том, в какой степени для них «плавильный котел» является реальностью: как выяснилось, большинство об этом «котле» и слышать не слышали.

Вы можете представить себе, что есть люди, которые родились в Чайна-тауне, прожили там всю жизнь и умерли там, так ни разу не выйдя за его пределы? Вы можете себе представить, что добрая треть живущих в Чайна-тауне вообще не говорят по-английски?

Пообщавшись с некоторыми из тех, кто говорит, мы узнали, что:

— Хотя среди всех национальных меньшинств Америки китайцы стоят на первом месте по уровню образования и заработку, они продолжают испытывать дискриминацию и в своем большинстве чувствуют себя «американцами с изъяном», как выразился один из них.
— Иммигрируют в Америку китайцы старшего поколения и работают по 18 часов в сутки, чтобы приехали их дети для получения образования. Они закончат здесь университет, а потом возвратятся в Китай, но уже с совершенно другими возможностями, — так сказала нам хозяйка пошивочной мастерской: — Мы готовы на все, лишь бы дать нашим детям образование.
— «Китайский мир» остается совершенно закрытым: сколько бы мы ни намекали, что хотели бы побывать дома у какой-нибудь китайской семьи, мы неизменно получали вежливый, но совершенно определенный отказ.

У меня сложилось впечатление, что если можно говорить об американце французского, немецкого, русского, итальянского, ирландского и прочего происхождения, то говорить об американце китайского происхождения нельзя. Вспоминается ответ одного из них, которому Брайан задал вопрос: может ли китаец-иммигрант рассчитывать на успех, если он упорно трудится и хорошо говорит по-английски? Вот его ответ:

— Есть большие шансы, но ничего не гарантировано. Я знаю нескольких одноклассников, которые свободно говорят по-английски, имеют хорошее образование и деньги, но они все равно предпочли вернуться в Азию. Из-за дискриминации. Потому что мы не выглядим «как американцы». Они смотрят на наши азиатские лица и говорят: «О, он иммигрант», хотя мы живем здесь уже пять поколений.

Как мне кажется, «американец китайского происхождения» — это китаец, родившийся в Америке, пусть даже в пятом поколении, но в душе он остается больше китайцем, чем американцем. Я, например, думаю, что во время Олимпийских игр 2008 года в Пекине «американские китайцы» болели не за Америку, а за Китай.

Это тот случай, когда не сработали ни «плавильный котел», ни «салатница».

Купить книги Владимира Познера

Новости партнеров