Главная » Интервью » Телехранитель: Судьба телеакадемии и премии ТЭФИ

Телехранитель: Судьба телеакадемии и премии ТЭФИ

24.02.2013г. 18:10

Гости: Михаил Швыдкой президент фонда Академии Российского телевидения

Владимир Познер телеведущий (по телефону)

Ведущая: Елена Афанасьева телеобозреватель

Е.АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер. В эфире – «Телехранитель», программа о сути телевидения, о тех, кто определяет и хранит эту суть. В студии – Елена Афанасьева. Как всегда по воскресеньям говорим мы с вами о персонах, программах, событиях и антисобытиях, которые влияют на то, каким наше телевидение будет сегодня и завтра. Сегодня будем говорить о судьбе Телеакадемии и премии ТЭФИ, потому что на этой неделе события развивались довольно стремительно. Если кто-то следит за ситуацией, знает, что из Академии вышли и не принимали участие в работе те каналы, которые входят в холдинг Газпром-Медиа. Потом фактически перестала участвовать корпорация ВГТРК со своими каналами, но оставалась учредителем, платила взносы, не запрещала тем производителям, которые хотели выдвигать свои работы, отдельные сотрудники участвовали и в конкурсах ТЭФИ-Регион.

[audio:http://cdn.echo.msk.ru/snd/2013-02-24-tv-1810.mp3]

На этой неделе, если мне не изменяет память, в понедельник появилось заявление о том, что ВГТРК окончательно выходит из Телеакадемии и планирует, возможно, создание какой-то другой премии. После чего последовали самые разные заявления. Сначала Михаил Швыдкой заявил, что будет наблюдать за ситуацией, потом он сказал, что он покинет пост президента Академии и лучше не проводить большую церемонию ТЭФИ в этом году. Потом последовало заявление Первого канала о том, что канал выходит из премии ТЭФИ, при этом подчеркнув важность конкурса ТЭФИ-Регион. Ну а потом все немножко остыли и Михаил Ефимович предложил взять паузу до общего собрания Академии, которое будет... Общего собрания или нет? Михаил Ефимович, а то я так пересказываю, а вы сидите и грустно слушаете.

М.ШВЫДКОЙ: Нет, я нет-нет, не грустно слушаю.

Е.АФАНАСЬЕВА: Михаил Швыдкой у нас в студии.

М.ШВЫДКОЙ: Я слушаю вообще с интересом. Это такой триллер.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да, это триллер, да.

М.ШВЫДКОЙ: Триллер-триллер, да. Такой интеллектуальный триллер. Добрый вечер. Здравствуйте всем.

Е.АФАНАСЬЕВА: Добрый вечер. Неделя была бурная, горячая. Кто-то поспешил Академию похоронить, сказали, что уже все. Кто-то стал говорить «Да ничего подобного». Какова ситуация вот сейчас? Вот, что происходит?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, вы знаете, таким образом устроена Академия Российского телевидения (это фонд называется «Академия Российского телевидения»), что его судьбу решает не столько даже общее собрание, сколько совет учредителей. Вот, в пятницу состоялся совет учредителей, из которых по заявлению, во всяком случае, вышли Газпром-Медиа и холдинг ВГТРК. Я хотел бы обратить внимание на то, что юридических документов у Академии нет, у нас нет необходимых юридически заверенных документов о том, что наши коллеги отзывают учредительство фонда Академия Российского телевидения.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть было заявление публичное, но вы не получили официальные бумаги, да?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, ведь, поймите. Сегодняшняя жизнь такова, Академия является юридическим лицом и все действия, которые мы можем производить, они должны носить юридический характер. Я не сомневаюсь, что коллеги из ВГТРК, из Газпром-Медиа не преминут это сделать, но пока этого всего нет.

Собрание учредителей (а учредителей у Академии 13 – может быть, не очень хорошее число, оно расширялось еще) пришли к следующему выводу. И я с этим согласен, и я в данном случае артикулирую по нашей договоренности те общие решения, которые были приняты в пятницу.

Первое. Во-первых, Академия, которая называется фонд Академия Российского телевидения, будет продолжать свое существование. И я бы здесь, комментируя это решение, разделил 2 вещи – жизнь Академии и жизнь премии ТЭФИ, национальной премии ТЭФИ.

В свое время фонд Академия Российского телевидения был создан 18 лет назад именно для того, чтобы проводить премию, премию проводить по гамбургскому счету. Было всего 12 академиков, они принимали решения...

Е.АФАНАСЬЕВА: И каналов-учредителей было у вас не 13, а намного меньше. Их вообще было меньше.

М.ШВЫДКОЙ: Дело в том, что Академию не учреждали каналы. Потом все переменилось, и Академию учредили те, кто учредили. Шли конкурсы между каналами. И я думаю, что вот это соревнование между каналами Академию в каком-то смысле привело к довольно сложному состоянию.

Е.АФАНАСЬЕВА: Когда стали считать, какой канал сколько статуэток взял.

М.ШВЫДКОЙ: Да, сколько статуэток получил. Поэтому когда я пришел в 2008 году в качестве президента в Академию, мы с Раисой Яковлевной Беспечной, с коллегами-учредителями... Раиса Яковлевна была таким, великим и многолетним генеральным директором фонда Академия.

Е.АФАНАСЬЕВА: И связующим центром.

М.ШВЫДКОЙ: Да, связующим центром многих и самых противоположных людей. Мы тогда приняли решение, что все, мы заканчиваем проводить конкурс каналов, мы проводим конкурс производителей. И с 2008 года соревновались программы. Поэтому когда говорят сегодня, что ВГТРК практически не участвовала, а Газпром-Медиа вышел, я напомню, что в 2009 году, скажем, премию получил «Глухарь».

Е.АФАНАСЬЕВА: Сериал, который прошел на НТВ.

М.ШВЫДКОЙ: Сериал, который шел на НТВ, и никто этого не боялся, и производители подавали работы, которые шли на НТВ. В какой-то момент даже у меня были переговоры с людьми, которые делали разные программы на ТНТ. Ну, разное было. Эти 4,5 года, которые я возглавляю Академию, это время... Имею честь, вернее, быть ее президентом, скажем так (Академию возглавляют другие люди). И я вел постоянный переговорный процесс, который удерживал эту ситуацию. Все закрывали глаза на то, что конкурируют программы и они достаточно успешно конкурируют.

В прошлом году, например, значительную часть статуэток ТЭФИ унес холдинг ВГТРК – и канал «Культура», и «Россия 1». Поэтому говорить о том, что они не участвовали, что это не так, ну, я бы так не стал.

Е.АФАНАСЬЕВА: Производители, которые производили программы для этого холдинга.

М.ШВЫДКОЙ: Да, конечно.

Е.АФАНАСЬЕВА: если эта ситуация длится уже долго, мы, в общем, за ней наблюдаем и вот те 4 с небольшим года, которые вы являетесь президентом Академии, что случилось? Потому что насколько могу помнить я и напомнить нашим слушателям, вы в какой-то момент пришли именно для того, чтобы как-то примирить стороны, которые конфликтовали. Вы говорили, что видите себе миссию такого посредника, переговорщика. То есть это ситуация не сегодняшняя. Что произошло в последние несколько недель? Что где-то случилось за кулисами или что-то? Почему ситуация настолько обострилась именно сейчас?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, вы знаете, до последнего, там скажем, еще перед Новым годом и даже после Нового года были некоторые переговоры, связанные с тем, чтобы изменить количество...

Проблема же в чем? Всех не устраивает процедура голосования. Всем кажется, что голосуют корпоративно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Сколько бы ее ни меняли. А меняли ее многократно.

М.ШВЫДКОЙ: Меняли ее много раз, и последний разговор мой, скажем, с Олегом Борисовичем Добродеевым был очень прост, он сказал «Ну, давайте пускай будет 2,5 тысячи, условно говоря», ну, по модели ряда академий, в том числе американских, когда голосует там 15 тысяч человек. То есть нельзя найти механизм, когда включается корпоративное голосование.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, тут конкуренты Олега Борисовича могли бы сказать, что корпорация ВГТРК – самая многочисленная, соответственно, среди 2 тысяч будет большинство людей, которые так или иначе работают на них.

М.ШВЫДКОЙ: Ну, понимаете, в чем дело? Я вам скажу. Любая премия, любой механизм вообще премий – он спорен. С моей точки зрения, самый лучший механизм – это жюри. И я в этом глубоко убежден.

Е.АФАНАСЬЕВА: Тогда жюри отвечает за то, за что проголосовало.

М.ШВЫДКОЙ: Да, оно может голосовать совершенно спокойно, когда там, скажем, гильдии выдвигают, а жюри принимает решение, такой ареопаг.

Но я повторю. Вот, я бы разделил: есть национальный конкурс ТЭФИ и есть Академия. Академия проводит много всего разного. Академия успешно занимается проектом, который Раиса Яковлевна в свое время запустила вместе с коллегами, мы его развили очень успешно за последние годы – это ТЭФИ-Регион. Я предложил даже нашим коллегам на учредительном собрании назвать его ТЭФИ-Россия, потому что это, действительно, удивительное совершенно явление и удивительный феномен, который покрывает всю телевизионную Россию.

Е.АФАНАСЬЕВА: И я хочу уточнить: сколько бы ни конфликтовали телеакадемики в Москве и начальники, каждый раз все подчеркивали, что именно ТЭФИ-Регион – крайне важная и очень честная история.

М.ШВЫДКОЙ: Кроме того, мы запустили другой проект, который называется ТЭФИ-Содружество. Это вообще не конкурс, это фестиваль телевидения стран содружества, стран СНГ, который тоже становится таким телевизионным праздником и мастер-классом, возможностью поговорить о телевидении.

Наконец, проводятся разного рода круглые столы. Есть социальные программы, мы делали выставки. Словом, Академия – это не только национальная премия.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть сейчас у нас кризис, в основном, вокруг национальной премии?

М.ШВЫДКОЙ: С моей точки зрения, да.

Е.АФАНАСЬЕВА: А Телеакадемия продолжает работать, ну, со сложностями, но в какой-то...

М.ШВЫДКОЙ: Но и будет продолжать работать, я считаю. И я думаю, что это очень важный момент. Вот то, что учредители приняли такое, консолидированное решение.

Проблема конкурса национального. Сразу говорю, чтобы было понятно, почему я сказал, что его не надо проводить, а потом мы взяли тайм-аут до марта.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте мы сейчас чуть-чуть поговорим про эту ситуацию, чуть-чуть подробнее поговорим о конкурсе чуть позже. Я не напомнила наши средства связи со слушателями. Уважаемые слушатели, если у вас есть вопросы к Михаилу Швыдкому, а также комментарии по поводу того, нужна ли телевизионная общенациональная премия ТЭФИ, вы можете вопросы и реплики свои присылать на SMS-номер +7 985 970-45-45. Если мы сможем и успеем, мы и по телефону примем ваши звонки и комментарии. А также мы будем сегодня дозваниваться некоторым нашим уважаемым коллегам, которые имеют прямое отношение к Академии и ко всем 18-ти годам ее работы.

Вот сейчас мы дозвонились Владимиру Владимировичу Познеру, вашему предшественнику на посту президента Академии и хотели узнать его мнение. Владимир Владимирович, добрый вечер, вы нас слышите?

М.ШВЫДКОЙ: Добрый вечер, Владимир Владимирович.

В.ПОЗНЕР: Да, добрый вечер, Михаил Ефимович. Да, я вас прекрасно слышу.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы, по-моему, 14 лет возглавляли Академию.

В.ПОЗНЕР: Почти.

Е.АФАНАСЬЕВА: Почти, да, без малого. Ситуация кризиса – она насколько давняя? Когда началась вот эта вот?..

В.ПОЗНЕР: Ну, я бы сказал, что я... Михаил Ефимович, вы уже сколько лет?

М.ШВЫДКОЙ: Пятый год пошел, я с 2008 года.

В.ПОЗНЕР: Ну, наверное, можно сказать, лет 6,5-7 тому назад это все началось. Это началось (просто я в этом убежден) в связи с тем, что ВГТРК и Газпром-Медиа перестали получать ТЭФИ в том количестве, в каком они привыкли. Возник сразу вопрос о том, что идет корпоративное голосование и что у Первого канала и аффилированных с ним организаций больше представителей в Академии, чем у тех. Тогда им было предложено: давайте доберем, чтобы у вас было одинаковое, не меньше. Ну, чего-то не получилось почему-то.

Потом моя персона, вроде бы, кому-то мешала и я сказал, естественно, что я готов уйти, тем более, что 13 лет с гаком. Ну, видите, никуда это не двинулось.

Понять, на самом деле, что происходит, если это только не личные обиды, мне трудно. Во всяком случае, то, что это, по крайней мере, было единственным мерилом качества программ, когда профессионалы судили друг друга и вручали приз лучшему или лучшим, по-моему, это было очень хорошо. Хотя, далеко не все было идеально, но это нигде не бывает идеально. Вот сегодня будут вручать Оскара в Америке – можете не сомневаться, что многие скажут, что несправедливо дали. Это всегда так.

М.ШВЫДКОЙ: Единственное, Владимир Владимирович, я со всем с вами согласен, один глагол только я просил бы уточнить. Вы сказали, что этот механизм ТЭФИ был. Я считаю, что он еще есть, все-таки. (смеется)

В.ПОЗНЕР: Да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот как раз я хотела уточнить, Владимир Владимирович. Ваши ощущения, насколько реально существование премии и Телеакадемии дальше? Потому что вы достаточно резко отреагировали в своем заявлении (я читала на сайте «Эха Москвы» этот фрагмент вашего блога). Вот, это была просто острая реакция в тот момент или вы сейчас также думаете? И как вам кажется?

В.ПОЗНЕР: Нет, это была острая реакция в смысле моей оценки того, что сделал... Ну, очевидно, это Добродеев, все-таки, это ВГТРК (так надо полагать) и господин Сенкевич, человек, который возглавляет Газпром-Медиа.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это по поводу того, что они готовы к обсуждению новой премии, да?

В.ПОЗНЕР: Наоборот, что они, как бы, разрушают старую и готовы к обсуждению новой.

Е.АФАНАСЬЕВА: Да-да-да.

В.ПОЗНЕР: А что значит «новая»? Новая что? Это будет называться как, не ТЭФИ? А как это будет еще называться?

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, наверное, так же, как в свое время Золотой Орел отпочковался и сделал другую Академию.

В.ПОЗНЕР: Да. И ничего хорошего. В общем, я по этому резко высказался и полагал, что на этом все закрывается. Никак не ожидал, что на собрании акционеров, которое состоялось днями, все-таки, решили: «Нет, мы не пойдем по этому пути, мы будем отстаивать ТЭФИ, ТЭФИ-Регион и так далее». Я это всячески приветствую, очень обрадовался этому.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть вы будете продолжать сотрудничать с Академией, если она будет продолжать работать?

В.ПОЗНЕР: Безусловно, безусловно.

М.ШВЫДКОЙ: Спасибо, Владимир Владимирович, большое.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот. Михаил Ефимович рад.

М.ШВЫДКОЙ: Большое спасибо.

Е.АФАНАСЬЕВА: Владимир Владимирович, вы всегда подчеркивали, что вы являетесь производителем, вы производите программу, которую канал покупает. И вы всегда говорите о том, что спортсмен сколько бы раз чемпионом ни был, он каждый год бежит на свою дистанцию. Вы всегда выдвигаете свои программы и себя в качестве интервьюера.

В.ПОЗНЕР: Да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы в этом году выдвинули? И не будете ли вы снимать свои работы в связи с тем, что такая ситуация?

В.ПОЗНЕР: Вы знаете, не я выдвигаю свои работы – как-то мне это было бы неловко. Выдвигает канал мои работы. Но я всегда проверяю, выдвинули или нет.

Е.АФАНАСЬЕВА: Но в данном случае канал же не производит, выдвигает производитель, да?

В.ПОЗНЕР: Ну, я имею в виду производитель, да. Если нет, то я бы спросил, почему. Вы знаете, я, вообще, действительно, давно считаю: человек выигрывает столько раз, сколько он может. А когда начинают говорить «Ну вот он уже столько раз выиграл. Давайте дадим другому», тогда давайте и на Олимпийских играх скажем «Ну, троекратный чемпион – ну, дадим не ему, хоть он и выиграл в четвертый раз, а дадим тому, кто пришел вторым».

Е.АФАНАСЬЕВА: Я просто хотела уточнить, что, несмотря на заявления о том, что ВГТРК вышла, что Первый канал не будет выдвигать работы собственного канала, если Академия продолжает большой, общенациональный конкурс ТЭФИ, вы готовы выдвигать программы и себя в качестве интервьюера?

В.ПОЗНЕР: Да. Я – абсолютно, да. Абсолютно.

Е.АФАНАСЬЕВА: Понятно. А какое у вас общее ощущение? Удастся в этот раз выжить Академии и ТЭФИ или нет?

В.ПОЗНЕР: Вы знаете, почему-то у меня есть ощущение, что, может быть, как раз и удастся, что, может быть, это обострение как раз и приведет, может быть, к какому-то сдвигу, который мы давно уже ждем. Никогда не знаешь – все это причудливо происходит. Так что я вполне в этом смысле... Ну, как вам сказать? Некоторая надежда появилась, которой не было.

Е.АФАНАСЬЕВА: Спасибо, Владимир Владимирович, за слова надежды.

М.ШВЫДКОЙ: Спасибо. Спасибо за умеренный оптимизм.

Е.АФАНАСЬЕВА: Это был Владимир Владимирович Познер, первый президент Академии Российского телевидения. В студии – Михаил Швыдкой, нынешний президент фонда Академия Российского телевидения. Говорим о конфликте вокруг премии ТЭФИ. +7 985 970-45-45 – вы можете присылать свои вопросы. Здесь вопрос человека с ником Пулс: «А зачем вообще нужна ТЭФИ?» Михаил Ефимович, за 30 секунд до новостей успеете?

М.ШВЫДКОЙ: Да очень по-простому. Сантехники хотят знать, кто из них лучший. Боксеры хотят знать, кто из них лучший. Если не нужна премия ТЭФИ, не нужны и Олимпийские игры, Чемпионаты мира. Каждая профессия хочет понимать, кто лучший и какие критерии вырабатываются в процессе.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть, есть конкурс Чайковского, есть Олимпийские игры...

М.ШВЫДКОЙ: Да я вам должен сказать, что и конкурс Чайковского переживал очень тяжелые моменты падения – это было еще в конце 90-х годов. Я помню, с каким трудом в начале 2000-х мы возвращали ему репутацию. Такие же проблемы были у поляков. Вообще конкурс переживает взлеты и падения. Я не считаю как раз сейчас, что период падения. Я не ожидал, какое количество людей захочет принимать участие в ТЭФИ.

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы сейчас прервемся на выпуск новостей и продолжим наш разговор в программе «Телехранитель» с Михаилом Швыдким о судьбе Телеакадемии и премии ТЭФИ.

НОВОСТИ

Е.АФАНАСЬЕВА: Итак, мы продолжаем программу «Телехранитель», в студии – Елена Афанасьева, в гостях сегодня Михаил Швыдкой, президент фонда Академия Российского телевидения. Говорим мы о судьбе Телеакадемии и премии ТЭФИ. После того, как на этой неделе о выходе из Телеакадемии заявила корпорация ВГТРК, Первый канал заявил о неучастии в национальном конкурсе ТЭФИ-Регион. Вот об этом мы и хотели уточнить. Какова же судьба национального конкурса, Михаил Ефимович, который предположительно должен был пройти в мае? И именно на этой неделе должен был закончиться прием работ, что, возможно, и обострило ситуацию.

М.ШВЫДКОЙ: Ну, видите ли, в чем дело. Из-за чего учредители приняли решение перенести окончательный вердикт на март? Мы соберемся еще 20 марта, безусловно, мы проведем совет учредителей 20-го, 21-го, 22-го – это вопрос такой, когда будет всем удобно.

Дело в том, что сегодня на конкурс подано около 300 работ. Причем, подают самые разные производители и аффилированные с ВГТРК и Газпром-Медиа, и не аффилированные. Я знаю, что поступила такая, довольно жесткая... Ну, меня могут сразу оспорить, поэтому я не называю ни имен, ни фамилий, ни явок. Но насколько мне известно, рекомендовано производителям, аффилированным с ВГТРК, работающим с ВГТРК, отозвать свои работы. Но тем не менее, около 300 работ подано.

В обычные годы на премию претендует порядка 500-550-600 работ, не больше. Так было всегда. Поэтому я не исключаю, что в ближайшую неделю подадут еще какое-то количество заявок, тем более, что сегодня телевидение (это тоже надо понимать) не исчерпывается тремя мэйджорами. Сегодня телевидение – это очень большое количество разнообразных каналов, и вот эти каналы новые, агрессивные, разные по своим направлениям, они хотят участвовать в ТЭФИ. При том, что есть премия Золотой луч для кабельного телевидения, есть премия Большой квадрат, еще чего-то...

Е.АФАНАСЬЕВА: Я как раз хотела уточнить, да. То есть когда премия начиналась, каналов было мало, было понятно, когда учредителями уже каналы стали, было понятно: ну, это основные. Сейчас каналов много и учредителей, вы сказали, много. Кто вот те учредители, которые принимают участие в совете при том, что не принимали участие уже перечисленные газпромовские каналы и ВГТРК?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, я могу сказать, что, скажем, одним из учредителей является ТВЦ, РЕН ТВ, СТС, Домашний, Russia Today, холдинг Профмедиа, Нат, АТВ, целый ряд производителей крупных. Кроме того, Красный квадрат – это компания, которая работает с Первым каналом довольно плотно. Первый канал сам.

Е.АФАНАСЬЕВА: Михаил Ефимович, а вот любопытный вопрос от Юрия пришел: «Странно, что вы обсуждаете действия руководителей каналов и акционеров, как будто они – независимые люди и сами принимают решения. Или вы побаиваетесь сказать, что все решения в стране принимает администрация президента?» Есть ли вот эта вот конспирологическая часть за конфликтом вокруг Телеакадемии?

М.ШВЫДКОЙ: Поскольку я являюсь специальным представителем президента еще помимо всего прочего по международному и культурному сотрудничеству, дорогой Юрий, могу сказать, что не все решения в стране (и это, в общем, реалии последних 20 лет) принимает администрация президента. У администрации президента, действительно, много важных и серьезных дел, по которым принимаются решения. Я не думаю, что национальная премия, в данном случае решение о ней принималось бы в Кремле.

Уверяю вас, я исхожу из самого простого. Ну, все-таки, мой телефон всем известен. Набрать номер, позвонить, сказать «Знаете, Михаил Ефимович, вы выбираете, вы связаны с администрацией президента. Заканчивайте с этой премией». Нет, мне таких указаний не давали, что называется.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть вот эта версия, что не устраивает власть премия более независимая, когда более независимые новости получают ТЭФИ и так далее...

М.ШВЫДКОЙ: Ну, видите ли, в чем дело? Я вам скажу так. Давайте рассуждать таким образом. Вот, в стране работает много телевизионных каналов. Их же не закрывают. А раз их не закрывают... Не закрывают же канал Дождь, да? Может, я кому-то идею подаю, что надо закрыть, но не дай бог.

Е.АФАНАСЬЕВА: Не надо.

М.ШВЫДКОЙ: Не закрывают РЕН ТВ, не закрывают какие-то другие каналы. Люди делают новости, делают телевидение.

С другой стороны, есть проблема, конечно, внутренняя, общетелевизионная, когда политика и эстетика вступают в некоторые противоречия, потому что я уверяю вас, что на «Вестях 24» (я вообще считаю, что это один из самых важных проектов российского телевидения 20 лет) или в новостях Первого канала, во «Времени» не работают высокие профессионалы. Я думаю, что самые высокие профессионалы, кстати сказать, телевизионные работают на этих каналах. Я уверен в этом. Так же, как я считаю, скажем, такой выдающийся проект последнего времени – это «Москва 24». Просто первоклассный.

Е.АФАНАСЬЕВА: Мы сейчас дозвонились Александру Завеновичу Акопову, руководителю компании А-Медиа. Как я понимаю, тоже один из учредителей фонда Академия телевидения. Здравствуйте, Александр Завенович.

А.АКОПОВ: Здравствуйте, Елена, здравствуйте, Михаил Ефимович.

М.ШВЫДКОЙ: Здравствуйте, Александр Завенович.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот хотелось бы узнать позицию компании, одного из учредителей и многократного лауреата ТЭФИ. Как вам кажется, Александр Завенович, какова ситуация сейчас, насколько она критичная и есть ли у ТЭФИ шанс выжить?

А.АКОПОВ: Елен, я не учредитель, не один из учредителей. Но мы неоднократно говорили (и я – сторонник этой точки зрения), ТЭФИ исторически как организация был учрежден телеканалами и производственными компаниями. Понятно, что 15-20 лет назад роль каналов была решающая в нашей среде, и, собственно, по-другому, видимо, никак запустить эту историю было нельзя. Сегодня у нас есть огромная Академия – это общественная организация, которая, во-первых, может учредить сама себя, если что. Во-вторых. есть огромная инфраструктура рынка в виде достаточно большого количества производственных компаний. Если 20 лет назад их было там 3-4-5, то сегодня их порядка 200 и это еще одна возможность там, если уж что, учредить эту организацию. Каналов мало. Понятно, что конкуренция между ними высокая. Но это вообще не про каналы эта организация. Эта организация о профессионалах, она вся про имена, фамилии и отчества. Поэтому мне кажется, наверное, на самом деле, разумно, чтобы каналы потихоньку из этой истории выходили и оставили возможность людям, которые любят свою профессию, разбираться между собой относительно того, что и как делать, и кто хороший, кто плохой, спорить там, не соглашаться и так далее. Вот в этом смысл всего этого дела.

Е.АФАНАСЬЕВА: Александр Завенович, вот, вы – производитель, который работаете с разными каналами. И, естественно, производителям важно, что их проекты, программы и сериалы получают премии. ВГТРК и Газпром-Медиа уже начали какие-то переговоры об еще одной премии. Вот, например, Костя нам по SMS прислал такую реплику: «Уверен, что очень скоро в течение 2-3 недель власть возродит ТВ-премию с богатыми спонсорами, подарками, отбором по регионам и трансляцией в прайм-тайм на Первом и России». Если будет вторая премия, как вам кажется, крупные производители, вот, в частности, ваша компания будут участвовать в параллельной премии?

А.АКОПОВ: Крупные производители так же, как и коллеги, в общем, совершенно свободны в своем выборе. Я думаю, что если так, по-честному собирать еще одну Академию, то результат, как она будет голосовать, будет абсолютно тот же. Поэтому я так не вижу особого смысла во всех этих манипуляциях. Поэтому... Не знаю.

То есть если Академия будет создана на тех принципах примерно, на которых она существует сегодня, то есть там будет несколько сотен человек... Я всегда был сторонником, чтобы нас было еще больше, на самом деле, для, скажем так, повышения объективности и причастности всех к этой истории. И результат голосования будет тот же. Поэтому сколько бы их ни было, объективно энное количество наших коллег проголосует всегда вот так и никак не иначе.

Е.АФАНАСЬЕВА: Какова ваша позиция вот в той ситуации, когда не выдвигаются работы каналов, входящих в холдинг Газпром-Медиа, ВГТРК, Первый канал свои работы не выдвигает? Вы будете продолжать выдвигать свои проекты? И не теряет ли премия свой вес?

А.АКОПОВ: Конечно. Во-первых, любую работу может выдвинуть не обязательно канал – это может сделать любой член Академии абсолютно индивидуально. А для этого не нужно спрашивать разрешения канала, чтобы это сделать, потому что подавляющее большинство работ – это работы, сделанные независимыми производителями, ну, там, за исключением, пожалуй, новостей. Ну, в принципе, сегодня премия может спокойно обойтись без такой номинации как новости, если разобраться.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, в принципе, кроме этих каналов есть и другие. Последние годы РЕН ТВ забирало все практически новостные.

М.ШВЫДКОЙ: Ну, видите, тут важно, что для того, чтобы выиграть, нужно вообще купить лотерейный билет.

А.АКОПОВ: Да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Подать заявку.

М.ШВЫДКОЙ: Как минимум, да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Вы в этом году выдвигали какие-то проекты А-Медиа, Александр?

А.АКОПОВ: В этом году – да, выдвигали по традиции. Мы всегда что-то выдвигаем. А по поводу лотерейного билета я с вами согласен, потому что это всегда так. То есть мы когда присутствуем, мы понимаем, что иногда бывает там номинантов 3, а мы понимаем, что равноценных работ 4. Иногда равноценных работ 2. Понятно, что конечный выбор – это всегда лотерея, все люди к этому таким образом относятся. Но эта премия сама по себе вещь очень важная, потому что я говорил, что я не знаю ни одного человека, который реально не радовался бы получению ТЭФИ, и не знаю ни одного человека, который не плакал бы, если он ее не получает. И вот уже это означает, что, в общем, доверие к самой ТЭФИ, мне кажется, настолько высоко, насколько, в принципе, может быть высоко доверие к таким вещам, где, конечно же, участвуют в случае (НЕРАЗБОРЧИВО).

Е.АФАНАСЬЕВА: Спасибо большое за участие в программе. Это был Александр Акопов, президент компании А-Медиа. Михаил Ефимович, вот теперь к вам вопрос о возможности параллельного существования либо двух академий, либо двух премий. Это реально сейчас или нет?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, видите, в чем дело? Я уже сказал, что мы живем в свободной стране в свободное время. Академий может быть 25, просто телевизионных людей количество абсолютно ограниченное. И второе, чем больше академий, тем меньше престиж премий. Поэтому наивно думать, что если будет создана еще одна премия, то ее престиж будет выше, чем ТЭФИ. Они просто взаимно будут влиять на понижение. Так что это очевидное для меня...

Е.АФАНАСЬЕВА: Так, может, не надо было расширяться? Может, стоило оставить тот ареопаг, вот те 15 или сколько человек, которые создали ее, и они бы сидели как бессмертные и давали бы эти примеры?

М.ШВЫДКОЙ: Да. Ну, было тогда недовольство – это было до меня – что они неправильно голосуют, что они неверно аффилированы с теми или иными каналами. Ну, такая ситуация была.

Словом, я еще раз говорю. а) Академия ТЭФИ продолжит свое существование. Судьбу национального конкурса, вернее, время его проведения мы будем решать в конце марта. То, что конкурс этот, может быть, в этом году стоило заморозить – я по-прежнему, считаю, что здесь есть свои вопросы, их много. Не потому, что появится новая премия. Запустить новую премию очень сложно, на самом деле. Это так кажется, это иллюзия. При больших деньгах, при чем угодно.

Другое дело, что важно еще и понимать такое обстоятельство. Телевидение не кинематограф, и сам принцип выдвижения премии иной, чем в кинематографе. Потому что, в принципе, Академия ТЭФИ может сказать «Знаете что? Нам не важно, выдвигаете вы себя или не выдвигаете. Мы судим телевидение». Ну, как в кинематографе это делается. Это именно так. И поэтому одни и те же премии получают на Нике и на Золотом орле.

И кроме того, и последнее, мои коллеги, учредители попросили меня продолжать работу до общего собрания учредителей. Я им сказал, что насколько мне известно, в России феодализм отменили в 1861 году. Может быть, я ошибаюсь. Но уже штат Миссисипи даже подтвердил, что он в своем законодательном акте не имеет пункта о рабстве. Поэтому я считаю, что я свои возможности, моральное право, как бы, продолжать возглавлять Академию исчерпал, потому что эти 4,5 года я старался держать некий...

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть вы заявляете о своей отставке?

М.ШВЫДКОЙ: А я заявил, да. Я попросил коллег меня освободить от моей работы. Они сказали, что они это сделают на общем собрании. Меня общее собрание, как бы, выбирало и должны, вот, переизбрать.

Е.АФАНАСЬЕВА: И когда такое собрание планируется?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, я буду просить, чтобы это произошло, ну, до лета, во всяком случае. Я считаю, что меня приглашали, как бы, договариваться – я не договорился. Я не имею права дальше продолжать эту деятельность. Я не чувствую себя виноватым, потому что...

Е.АФАНАСЬЕВА: Не кажется ли вам, что если вы сейчас уйдете, то это еще больше, как бы, подорвет возможность?..

М.ШВЫДКОЙ: Нет-нет-нет. Надо найти молодого, толкового человека. Я объясню, в чем дело. Дело в том, что вообще кризиса внутри Академии нету – это иллюзии всё. Есть проблемы общетелевизионные и отношения телевидения и, там, социальной жизни. Я считаю, что Академия находится в нормальном рабочем состоянии, в ней нормально с деньгами, интересно много проектов, города бьются за то, чтобы проводить ТЭФИ-Регион, наши коллеги из СНГ мечтают приехать на ТЭФИ-Содружество. Все нормально. Это проблема не с Академией, это проблема с корпорацией, которая не хочет чего-то про себя слышать, и это проблема с отношением корпорации и социума. Но это за пределами вообще моих возможностей. Знаете, как говорили в старом анекдоте, если вы хотите изменить советскую власть, не надо начинать с парикмахерской. Ну, Академия не в состоянии делать то, чего не может сделать там государство, общество, еще кто-то.

Е.АФАНАСЬЕВА: Эдуард Товмасьян из Москвы пишет: «Жаль только «Голос». Не знаю насчет «Большого балета». 2 программы». Ну, вероятно, Эдуард считает, что именно эти программы имели шансы победить в своих номинациях, что вполне возможно.

Марина пишет «Отсутствие или наличие премий совершенно не влияет на мое решение включить или выключить тот или иной канал». Марин, ну вот, телевизионное смотрение, естественно, персонально у каждого зрителя. Более того, по суммарному этому смотрению составляются так называемые рейтинги и доли смотрения, за счет чего распределяется реклама. А премию именно и придумывали профессионалы для того, чтобы судить качество, потому что иного мерила качества на российском телевизионном пространстве за эти 18 лет не придумано.

М.ШВЫДКОЙ: Да не только. Давайте так. Ну, не только на российском. Ну, везде решает рейтинг на коммерческом телевидении, и не только у нас, а во всем мире. От этого зависит возможность привлечения рекламы, от объема рекламы зависит возможность запуска новых программ, более дорогих или менее дорогих. И есть критерии другие, чем критерии профессии. Есть программы, которые, с моей точки зрения, отражают деградацию определенную качества, а они наиболее успешные у зрителей.

Понимаете, телевидение – оно еще более, чем театр, зависит от публики. Как известно, Александр Сергеевич Пушкин в свое время сказал, что публика образует драматические таланты, публика.

Другое дело, что мы знаем, что не спрос определяет предложение, а очень часто предложение формирует спрос. И вот в этом противоречии существует телевидение. Есть каналы, которые формируют спрос и это спрос высокого класса – я назову свой любимый канал «Культура». Есть каналы, которые играют на понижении и они формируют определенный уровень аудитории. Ну, все это очень взаимозависимо. Вообще телевидение не важнее жизни – это надо понять. Очень многое определяет жизнь как таковая.

Е.АФАНАСЬЕВА: Таня пишет «Это похоже на бегство с тонущего корабля», но при этом ставит знак вопроса. Вот такую реплику вам Таня прислала.

М.ШВЫДКОЙ: Ну, видите ли, в чем дело? Я вам скажу так. Я честно сказал своим коллегам, я буду помогать, я буду делать все, что я делал до этого, я буду даже собирать деньги. Но я повторяю, меня нанимали, что называется, приглашали помирить. Я не помирил. Морально не чувствую права.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я напоминаю, что это Михаил Ефимович Швыдкой, президент фонда Академия Российского телевидения, хоть и заявляет о своем намерении уйти в отставку. Мы говорим о судьбе Телеакадемии и премии ТЭФИ. Если у вас есть вопросы, реплики, если вам жалко, что какая-то из ваших любимых программ не получит в этом году приз Телеакадемии, бронзового Орфея работы Эрнста Неизвестного, вы можете написать нам SMS по номеру +7 985 970-45-45.

М.ШВЫДКОЙ: Но я вам честно скажу: мне, например, жалко, что «Москва 24» не получит Орфея в этом году, потому что это один из моих любимых каналов.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, мне «Голос» жалко. По-моему, потрясающий проект.

М.ШВЫДКОЙ: Ну, «Голос» - потрясающий проект. А мне жалко Урсуляка, например, «Жизнь и судьбу», которая шла...

Е.АФАНАСЬЕВА: Вот, видите, мы с вами сами завелись на этот вопрос и стали говорить о том...

М.ШВЫДКОЙ: Мы сейчас могли бы с вами составить идеальную абсолютно версию премии ТЭФИ, понимаете? И я думаю, что с нами многие бы согласились.

Е.АФАНАСЬЕВА: Я помню, что когда начиналась ТЭФИ, я еще не была телеакадемиком, была журналистом, который писал о телевидении. И как мы сравнивали, совпало или не совпало голосование академиков с собственным. Очень часто совпадало, потом не совпадало. В общем, это была очень такая вещь, неравнодушная.

М.ШВЫДКОЙ: Да нет, я помню. Мы получили с Таней Пауховой премию впервые ТЭФИ в 1998 году, когда мы сделали канал «Культура» и он получил как Проект года. Я помню, какое счастье было. И сколько раз я испытывал досаду, когда там программу «Жизнь прекрасна» сводили в одной номинации с Башметом или с кем-то еще из высоких...

Е.АФАНАСЬЕВА: Когда выбрать просто невозможно.

М.ШВЫДКОЙ: И, естественно, что выбирали Башмета и что-то такое, интеллигентное, а эта неинтеллигентная программа, но любимая, не получала ТЭФИ и как я переживал. Я делал вид, что я (НЕРАЗБОРЧИВО), но я все равно переживал. Поэтому это премия, которую получили многие...

Е.АФАНАСЬЕВА: Которой гордятся многие.

М.ШВЫДКОЙ: И я горжусь этими премиями до сих пор. И сожалею, что в этом году, если этой премии будет не будет национальной, какие-то новые прорывные, с моей точки зрения, проекты телевизионные ее не получат.

Е.АФАНАСЬЕВА: Давайте несколько слов, все-таки, скажем по поводу судьбы конкурса ТЭФИ-Регион, какова она сейчас? Потому что каждый год проводит Академия и телеакадемики всегда говорили, что это, может быть, даже более важная премия для телевизионного сообщества всей страны. Какова ситуация сейчас?

М.ШВЫДКОЙ: Ну, вы знаете, ситуация нормальная. Я считаю, что у нас есть города-претенденты. Некоторые города даже на нас обижаются, что мы не едем. Мы в Сочи провели, дважды даже проводили премию и у нас очень добрые отношения с руководством города и они все время нас приглашают приезжать туда.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть им мало Олимпиады, они зовут ТЭФИ.

М.ШВЫДКОЙ: Нет, они вот этот конкурс любят, вы знаете. Это правда. А я люблю Сочи, честно скажу. Но у нас есть предложения с Ямало-Ненецкого округа, от Сыктывкара, у нас есть предложения от ряда уральских городов. Вот сейчас мы окончательно будем... У нас есть, естественно, Уфа, у нас есть много предложений.

Е.АФАНАСЬЕВА: То есть мы можем сказать региональным коллегам, что премия будет, чтобы они старались...

М.ШВЫДКОЙ: Будет-будет. Чтобы они старались, готовились. Другое дело, что будет досадно, если нашим коллегам из региональных компаний ВГТРК запретят в ней участвовать. Ну, это опять же, телевидение, в данном случае я не могу командовать. Телевидение в этом смысле уж точно вертикаль власти.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну, это объединит только тех коллег, которые работают в государственных компаниях по стране.

М.ШВЫДКОЙ: Да. Но это тоже важно. У них сложная судьба сейчас, сложный период, когда телевидение переходит на цифру, есть, о чем поговорить, у них есть свои опасения и волнения, и сомнения.

Мы сейчас, я думаю, обсуждаем город, куда мы поедем проводить ТЭФИ-Содружество. Может быть, это будет Одесса, может быть, это будет какой-то еще украинский город.

Е.АФАНАСЬЕВА: До этого проводилось в Киеве и в Казахстане.

М.ШВЫДКОЙ: И в Казахстане, да. И мы очень хотели провести дни российского телевидения в Грузии. Я думаю, что вот сейчас, когда закончатся все волнения, то я начну переговоры с грузинскими коллегами, чтобы мы провели дни российского телевидения в Грузии. Я думаю, что сейчас это имеет определенный смысл и человеческий, и общественный.

Но я еще раз повторю, моя отставка вовсе не означает того, что я отказываюсь работать в качестве рядового члена Академии Российского телевидения над проектами и помогать в их реализации. Но я повторю еще раз, я считаю, что время мое завершилось.

Е.АФАНАСЬЕВА: Человек с ником Диггер из Петербурга пишет: «Кстати, я так и не понял, почему называется ТЭФИ. Если телеэфир, тогда почему не ТЕФИ? А если ТЭФИ, где второе «ф»? Почему именно она?» Имеется в виду писательница. Маша Шахова, сейчас продюсер программы «Фазенда», до этого ведущая программы «Дачники», а в тот момент создания премии не просто жена Евгения Киселёва, а руководитель пресс-службы самого старого НТВ, того НТВ, она придумала это, именно теле-эфир. Поэтому она и называется ТЭФИ. А Эрнст Неизвестный сделал вот этого замечательного Орфея.

М.ШВЫДКОЙ: Нет, ну, надо только сказать, чтобы понять одну вещь, что и Орфей, и название ТЭФИ, и ТЭФИ-Регион – это все те символы Академии, которые...

Е.АФАНАСЬЕВА: Бренды, как сейчас говорят.

М.ШВЫДКОЙ: Не люблю это слово. Ну, символы лучше. ...которые останутся в Академии Российского телевидения.

Е.АФАНАСЬЕВА: Равно как множество каких-то моментов, когда с комом в горле люди в зале приветствовали получение премии теми или иными коллегами, вспоминали ушедших.

М.ШВЫДКОЙ: Ну, я, честно говоря, хочу всех поздравить, тех, кто получил ТЭФИ, и пожелать всем молодым и немолодым, вот, Владимиру Владимировичу, желаю получить ТЭФИ... Вот я сейчас подумал: может, я ухожу из президентов только для того, чтобы получить ТЭФИ за какую-то программу?

Е.АФАНАСЬЕВА: А вы как президент не выдвигаетесь?

М.ШВЫДКОЙ: Как президент я никогда не выдвигаюсь, да.

Е.АФАНАСЬЕВА: Владимир Владимирович выдвигался, а вы – нет.

М.ШВЫДКОЙ: Какая-то, видимо, потаенная, все-таки, такая фрейдистская идея тут есть.

Е.АФАНАСЬЕВА: Есть: вы хотите получить ТЭФИ.

М.ШВЫДКОЙ: Я хочу получить ТЭФИ еще раз, видимо.

Е.АФАНАСЬЕВА: Ну что ж, Михаил Ефимович Швыдкой, президент фонда Академия Российского телевидения. Говорили мы сегодня о сложной ситуации вокруг Телеакадемии и премии ТЭФИ. После разговора с ним, в общем, оптимизма стало больше, чем после огромного количества новостных сообщений, которые на этой неделе возникали. Я, все-таки, очень надеюсь, что премия будет жить и мы каждый год будем ее обсуждать в «Телехранителе». Елена Афанасьева, прощаюсь с вами до следующего воскресенья. Всего доброго, до свидания.

Эхо Москвы

Новости партнеров